Новый сайт движения! >>>
ДВИЖЕНИЕ ЗА ВОЗРОЖДЕНИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ НАУКИ
Начало ?????????? ????? ??????????? ???????? ???????????????? ??????? ???????? ??????? Контакты
12.09.07 ? ???????? ????? ????? ?? ????? ??????
10.09.07 ??????? ??????????. ?????????? ????????????
10.09.07 ???????? ????????. ??????????? ?????? ??????????? ?????????
10.09.07 ?. ???????. ?????? ??????? ???? ????????????? ?????????????
09.09.07 ?.?. ?????????, ?.?. ???????. ?????????? ???????? ????????????
09.09.07 ? ??????????? ???????????: «??????? ???????????...»
09.09.07 ?????? ??????? ???????. ????? ?????????? ?????????
08.09.07 ?.????????. ? ?????? ??????????? ?????? ?? 2020 ????
08.09.07 ????? ???????. ?????????? ? ??????-??????????? ?????? ???????????
08.09.07 ??????: ????????? «??????-????????»
07.09.07 ?????? ???????????. ??????????? ????????… ???.
07.09.07 ???????????? ??? ??????????: ????? ????? ?????????? ?????
07.09.07 ????????? ???? ??? ?????? ?? ????? ???? ????????? ?????? ?????????
06.09.07 ?????????? «?? ????????????? ???????? ? ?????? ? ?????? ?? ???? ??????»
06.09.07 ????????? ?????????? ???????????????? ??????????? ???????? «???» ? ?????????? ?? ?????? ??????? ? ??????? ??. ??? ?? ??? ?????
06.09.07 ????????? ????????? ??????? ???? ?? ?????
05.09.07 ?? ????? ??????? ? ??????????: ???????

Rambler's Top100

Наш сайт является участником Кольца Патриотических Ресурсов
Кольцо Патриотических Ресурсов

наш баннер
?????? ??????????. ????????????? ??????

Он обязательно произойдет в том случае, если РФ изберет программно-целевой сценарий развития

Разговоры о том, что России жизненно важно перейти от статуса «сырьевой страны» в разряд стран с динамичной экономикой инноваций, ведутся с 2000 года. Теперь уже и правящие верхи в Москве понимают, что воспроизводящая сама себя «экономика нефти и газа» ведет к необратимой деградации промышленного и научного потенциала. Тема перехода на высокотехнологичный путь развития стала осевой в послании президента Владимира Путина на 2006-2007 годы. Главный идеолог Кремля, заместитель главы президентской администрации В. Сурков в статье «Национализация будущего» заговорил о конверсии сырьевой модели развития в инновационную.

Но, несмотря на огромный приток доходов от экспорта углеводородов, перехода так и не происходит. Слова остаются лишь словами. Почему? Похоже, что дело уже не в нехватке денег, а в проблемах организации власти и дееспособности (или недееспособности) государства нынешнего типа. Удастся ли нам решить эти проблемы?

Если удастся, то Россия получает исторический шанс не только возвратиться в «клуб великих держав», но и кардинально изменить расстановку сил в мире. Ставка, таким образом, очень высока. В каком же направлении надо вести поиск?

ОПАСНОСТЬ СИСТЕМНОЙ КАТАСТРОФЫ

Выбора у нас нет. Еще в 2000 году один из крупнейших интеллектуальных центров СССР (и РФ), академический Институт прикладной математики имени Келдыша выдал прогноз: без перехода на инновационную траекторию страну в десятилетней перспективе ждет системная катастрофа.

«Страна ... заняла сегодня прочное место среди производителей природного сырья и полуфабрикатов. Основу национального богатства составляет природная рента и ее производные, за счет же интеллектуальных ресурсов производится, по некоторым оценкам, приблизительно 5-10% национального продукта (в странах «технологического сообщества» – примерно 70%). А по уровню конкурентоспособности, опять же по некоторым оценкам, Россия находится то ли на 54-ом (рейтинг IMD), то ли на 75-ом (рейтинг агентства Reuters) месте.

Инерционный сценарий развития не предполагает серьезной трансформации положения вещей... Существенные перемены, причем в стратегическом залоге, возможны лишь на путях некой альтернативной стратегической инициативы», – написал в недавнем меморандуме «Северо-Запад» Александр Неклесса, заместитель генерального директора Института экономических стратегий при Отделении общественных наук РАН, руководитель московского интеллектуального клуба «Красная площадь».

Очевидно, что вопрос перехода от экономики нефтяных скважин и газовых труб к народному хозяйству технололисов, университетов и научно-промышленных центров – вопрос наших жизни и смерти. Но почему этот переход не осуществляется? В конце концов, с 2000 года пошел уже седьмой годок. За аналогичные периоды времени Россия-СССР в 1929-1936 и в 1949-1956 гг. смогла резко нарастить свой научно-промышленный потенциал, развернуть гамму новых производств и видов деятельности. Что же творится сегодня, когда Россия-РФ буквально тонет в сырьевых доходах, которые можно и нужно пускать в развитие экономики инноваций?

БИТАЯ КАРТА «РЫНОЧНЫХ РЕГУЛЯТОРОВ»

Разгадка тайны – в полном банкротстве той «либеральной модели развития», что была навязана РФ в 1992 году. Как заявили в своем докладе президиуму Академии наук Георгий Малинецкий и Сергей Курдюмов (ведущие специалисты Института прикладной математики), официальный взгляд на инновации ориентирован на неолиберальную западную концепцию 1980-х годов и на слепое следование зарубежным образцам. Что сегодня понимается в Москве под инновациями? Некие изобретения и нововведения, что нашли спрос на рынке. А государство должно выступать лишь в роли арбитра, который обеспечивает условия для появления инноваций и нужную инфраструктуру: венчурные фонды и технопарки, банки и корпорации. При таком подходе считается: русский ученый должен нечто разработать – и потом пойти на рынок, где его разработкой обязательно кто-то заинтересуется и профинансирует для внедрения у себя.

Но этот путь для России – тупиковый! В РФ существует сверхкоррумпированная и невероятно консервативная экономика добычи сырья и всевластия чиновников. Здесь нет отечественных высокотехнологичных мегапроектов, способных вобрать в себя инновации. Зачем добытчику нефти инновации в электронике или авиации? Он продаст нефть – и купит все новенькое на Западе.

Реальные факты таковы: «цивилизация сложных производств и науки» в России угнетена, подавлена и сегодня едва дышит. Торжествует совсем иная, более примитивная «цивилизация» – нефтедобытчиков, производителей древесины и металлургических изделий первого передела, «освоителей» бюджетных средств, строителей недвижимости и.т.д.

Вот эта весьма примитивная и хищная общность подавляет творческие, инновационные ростки в стране, в которых она абсолютно не заинтересована. Получается, что отечественные инноваторы должны идти не на российский, а на внешний рынок, встраиваясь в американские, европейские, японские, китайские высокотехнологичные проекты. Например, производить какие-то части к чужим самолетам или мобильным телефонам. Естественно, рыночные ниши здесь узки донельзя. Никаким строительством свободных экономических зон, технопарков и венчурных фондов при министерствах (чем занята нынешняя власть) положения не исправить.

– Большинство жизненно важных для России инноваций имеет нерыночный характер! – убеждены С. Курдюмов и Г. Малинецкий. – Это производство качественных и доступных населению продовольствия и лекарств, обеспечение коммуникаций, ресурсосберегающие технологии, нововведения, что повышают безопасность техносферы. Многие из обсуждаемых ныне инноваций нужны не для гармонизации экономики, а для выживания страны. Единственным заказчиком таких инноваций может и должно выступить государство. Оно должно взять на себя важнейшую функцию: целеполагания в области экономики и социального развития...

Таким образом, разгадка проста: у РФ нет четко очерченных целей для движения вперед. Если бы они имелись, то государство могло бы стать громадным рынком инноваций. Буквально – их мотором. Попробуем пояснить это на простом примере.

ПРОГРАММНО-ЦЕЛЕВОЙ ПУТЬ

Если говорить совсем простым языком, то нормальное государство в России, четко зная цель движения, должно поставить перед отечественной наукой и сообществом инноваторов недвусмысленные задачи. Ну, примерно вот так:

«Граждане! В ближайшее время России, взявшейся на воплощение национальных проектов, понадобятся прорывные разработки в следующих областях:

1. В области жилищно-коммунальных систем (отопления, водоснабжения, канализации, энегообеспечения).

2. В сфере энергетики – ибо старая энергетическая система разваливается.

3. В деле снижения удельного расхода топлива, тепла и электричества.

4. В сфере медицины.

5. В сфере повышения продуктивности растениеводства и животноводства – ради снижения затратности аграрного сектора.

6. В сфере новых систем связи.

А еще нам, то есть государству, нужны истребитель пятого поколения, перспективные пассажирский авиалайнер и скоростной наземный транспорт будущего.

Под все эти задачи мы ассигнуем деньги и формируем экспертно-отборочные комиссии. Предлагайте свои разработки на конкурс – и они отберут лучшие. Победители получат государственные контракты и смогут произвести первые партии новой техники. А дальше она пойдет внедряться в экономику. Отчасти – по линии госзаказов. Но главным образом – за счет заказов от корпораций, крупных городов, органов местного самоуправления. Со своей стороны, мы гарантируем, что выбранные нами инновации эффективны и надежны, благодаря чему они начнут развиваться за счет притока средств потребителей».

В подобном механизме нет ничего нового. Так успешно действовало советское правительство в 1929-м году, например, когда пришлось объявить конкурс на технологию выпуска искусственного каучука. Так действовала и действует американская власть, когда в рамках Департамента перспективных исследований Минобороны (DARPA) ставит конкретные инновационные задачи, финансирует наиболее перспективные исследовательские группы – а затем использует полученные инновации и для укрепления военной мощи, и для того, чтобы передать их корпорациям, дабы те развернули на их основе множество видов бизнеса. Давно уж не секрет, что именно благодаря DARPA американская экономика получила такие мощные факторы своей конкурентоспособности, как информационные технологии, Всемирную Паутину, беспроводную связь в ней, оптоволоконные телекоммуникации и многое другое.

Таким образом, постановка государством конкретных задач перед научно-инженерным и изобретательским сообществами есть нормальный (и единственно возможный) путь инновационного прорыва. Это – программно-целевой путь с ясно обозначенной целью движения, пятилетними планами развития и твердой постановкой задач для инноваторов. В итоге должна сформироваться русская Национальная инвестиционная система – это еще один необходимый сейчас всероссийский проект, обсуждение которого станет темой отдельной статьи.

Стоит также особо подчеркнуть, что такая «нерыночная» модель инновационного развития совершенно не отменяет чисто рыночных механизмов, всех этих венчурных фирм, технопарков и бизнес-инкубаторов. Наоборот, она их дополняет и усиливает – научно-техническое творчество не загоняется только лишь в государственные рамки: параллельно идет работа по частным контрактам.

Однако сам факт постановки задач государством и финансирование им приоритетных задач создает сильнейшее ускорение для инновационного развития страны. Благодаря этому развитию задается направление, происходит быстрый отбор самых эффективных творческих команд, после чего следует пополнение правящей элиты технократами и исследователями, настроенных теснить тупиковую, чиновничье-сырьевую «аристократию» 90-х годов.

НАШИ ИННОВАЦИОННЫЕ «КЛАДОВЫЕ»

Програмно-целевой путь можно назвать как угодно – хоть «неосоветским», хоть «пентагоновско-американским». Дело здесь не в словах, а в сути и возможных последствиях, которые могут иметь глобальный характер, поскольку переход на программно-целевую модель инновационного прорыва не только спасет РФ от деградации и небытия, но и буквально перевернет весь мир, создав в нем еще один эпицентр инноваций, помимо США, Евросоюза, Китая и Японии.

А это ускорит всеобщее развитие и создаст в мире более здоровую конкурентную среду. Тем более, что в России, где сильно наследие советской цивилизации, таятся еще нераскрывшиеся миру технологии и разработки того, чему нет аналогов в других странах – прорывные инновации, создающие новые рынки и отрасли индустрии.

Вот реальный пример, взятый из жизни: современное строительство требует использования чрезвычайно дорогого цемента, для производства которого требуются огромные объемы электроэнергии. К тому же, цемент приходится возить к точкам назначения за сотни километров. Однако русская инициативная группа В. Попова сумела разработать домостроение из высокопрочной керамики. Ее делают за счет мельчайшего размола глины, которая есть абсолютно везде. Этой же группой создана уникальная экономичная мельница на оригинальном электромоторе, не менее удивительная печь для обжига, благодаря чему теперь можно строить коттеджи и многоэтажные дома из керамических конструкций, по прочности не уступающих фортификационному бетону, но при этом легких. Если развить эту группу инноваций в рамках «неосоветской модели», то Россия не только решит строительную проблему, но и сможет выйти на мировой рынок с беспрецедентными строительными материалами и услугами.

Есть еще одна не менее революционная разработка – телекоммуникации на основе сверхширокополосной радиосвязи, благодаря которой можно в рекордные сроки без всяких проводов телефонизировать и «интернетизировать» страну, причем с минимальными затратами. Увы, в нынешней РФ все это остается незамеченным: правящей «элите» проще не развивать свое, а закупить импортные системы связи. Частному бизнесу тоже неинтересно: вложишь деньги в разработку – а потом придется годами добиваться сертификации и признания новой системы на международном уровне.

Принятие «неосоветской системы» инновационного развития быстро выявит и эти, и множество подобных технологий, ведущих к ускоренному развитию и закрытию целых отраслей промышленности ХХ века. Развиваясь сама, РФ сможет побудить и весь остальной мир гнаться за собой.

Сегодня принято недооценивать возможности русских инноваторов (из академической науки, из вузов и самодеятельных объединений). Обычно нам говорят, что, хотя в России число ученых на душу населения не меньше, чем в странах Евросоюза, отдача от них ничтожна. В подтверждение предъявляют мизерное число патентов, подаваемых постосоветской РФ, указывают на низкую цитируемость публикуемых в научных журналах статей наших ученых. Но при этом умалчивается, что финансирование на одного ученого в РФ подчас в десятки раз ниже, чем в США и Западной Европе. Что на всю науку в РФ-2007 отпускается 3,5 млрд долларов – меньше, чем тратят два крупных университета в Америке. Что научная пресса в РФ влачит жалкое существование, а у ученых подчас просто нет средств на международное патентование своих разработок. Но даже на грошовом финансировании русские продолжают творить!

Откроем, к примеру, серьезный труд «Инновационный менеджмент в России», подготовленный в 2004-м коллективом исследователей из Российской академии наук под руководством В.Л. Макарова и А.Е. Варшавского. Из него следует: на один полученный патент в РФ тратится в несколько раз меньше средств, чем в странах G-7. Чистые поступления от экспорта технологий в расчете на единицу затрат в научно-исследовательских и опытно-конструкторских работах (НИОКР) у русских нынешних дней практически равны американским показателям. Затраты на подготовку серьезной научной статьи у нас в 4-7 раз меньше, чем в США, Японии, Германии и Франции. При этом российские власти, изучая индекс цитирования научных работ, опираются на данные американского Института научной информации «Essential Science Information», а он отслеживает только 66 наших научных журналов – против 1484 аналогичных изданий в США. Но если американцы тратят на финансирование научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ 2,7% ВВП, то РФ – менее 1,3%. (Япония – 3%, Германия – 2,5%, Канада – 1,8%, Франция – 2,2% ВВП по состоянию на 2003 г.)

Вывод таков: русская наука не менее производительна, чем на Западе. И если как минимум в полтора раза увеличить затраты на НИОКР в России, введя отчисления в соответствующий фонд с каждой проданной за границу тонны нефти, металла, кубометра леса или партии природного газа, то и отдача возрастет ощутимо.

ПРЕОДОЛЕТЬ ИНЕРЦИЮ 90-Х

Сегодня РФ находится в точке выбора будущего. Правящая элита, столкнувшись с вызовами «новой холодной войны» и физического разрушения национальной инфраструктуры, просто вынуждена переводить страну на инновационный путь развития. И пока для этого еще сохраняются все возможности. Однако и инерция хищнического, варварского, сырьевого «капитализма», окрепшего в 90-е годы, очень сильна. В стране по-прежнему правят бал силы, которые смотрят на русскую науку как на бесполезную вещь. Их позиция известна: научные институты – закрыть, а занимаемые ими участки земли в крупных городах пустить под коммерческую застройку.

Между тем, в начале декабря Президентом РФ был подписан закон «О науке и государственной научно-технической политике», согласно которому ликвидируется независимость Академии наук РФ. Теперь чиновники из правительства и Министерства образования и науки станут сами определять, какие научные институты стоит сохранить на государственном финансировании, а какие – закрыть как неперспективные. Это, может быть, и было эффективной мерой, если бы государство ставило перед учеными ясные задачи – и смотрело, какие из институтов способны на реальное дело.

Однако сейчас избран совершенно иной путь – тупиковый и порочный. Ставится задача сокращать научно-исследовательские структуры при полном отсутствии понимания стратегических целей! Теперь все замыкается на решениях чиновников, степень коррумпированности которых известна всем. «Злые языки» уже намекают на то, что «бесперспективными» признают как раз те академические исследовательские институты, что расположены в Москве на самой дорогой земле – просто для того, чтобы очистить место для элитных таунхаусов.

Вместе с «инерцией 90-х» в вопросе об «инновационном реванше» чувствуется и внешнеполитическое давление. Давно известно, что международный финансовый истеблишмент откровенно выступает против создания мобилизационно-инновационной системы в РФ. В начале декабря 2006 г. Мировой банк опубликовал доклад о грядущем провале инновационного пути развития России, где очень резко выступает против любых попыток российских властей вообще намечать какие-либо приоритеты в инновациях, промышленной и региональной политике. «Панацеей» снова объявляется безграничная конкуренция и свобода для частных предприятий.

Попробовал бы Мировой банк заявить такое правительству США, которое тратит десятки миллиардов долларов на приоритетные национальные проекты в авиастроении, водородной энергетике и прочем! Однако то, что можно делать американскому государству, государству российскому строго воспрещено.

А вот еще один пример – группа из Гарвардской школы бизнеса во главе с Майклом Портером обнародовала итоги исследования экономики России, проведенного по заказу нашего Министерства экономического развития и торговли. Портер прямо заявил, что мы... не должны руководствоваться интересами национальной безопасности в экономике и не создавать больших и сильных корпораций. В переводе на нормальный язык это означает: «нам, американцам, не нужно появление сильных русских конкурентов». Мотивы американского эксперта понятны – он поступает, как настоящий патриот своей страны. Однако в Москве слишком много «экономических» чиновников в правительстве привыкли слушать рекомендации МБ и западных советников, благоговейно разинув рты. Естественно, что сопротивление этой группы любым инновационным инициативам ощущается уже сейчас и неизбежно будет нарастать в дальнейшем.

В этой ситуации «инновационный поворот» в России требует волевого и умного решения высшего политического руководства страны, иначе имеющиеся возможности окажутся упущенными. И власть окажется потерянной – вместе со страной. Времени на принятие решений остается все меньше. Опереться в них, кроме как на советский и американский опыт времен прошлой «холодной войны», не на что. Жизнь властно требует программно-целевого подхода и постановки государством ясных задач. Без формирования своей национальной инновационной системы, соответствующей русским реалиям, РФ долго не протянет. Сформировав же ее, русские смогут вернуть утраченные в 1991 году позиции.

_________________________________________________________________________

RPMonitor.ru, 2006 | © Фонд “Русский предприниматель”, 2006

http://rpmonitor.ru/ru/detail_m.php?ID=1824&print=Y


10.02.07, anatol

Редакционная политика Управление сайтом
Новый сайт движения! >>>