Новый сайт движения! >>>
ДВИЖЕНИЕ ЗА ВОЗРОЖДЕНИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ НАУКИ
Начало ?????????? ????? ??????????? ???????? ???????????????? ??????? ???????? ??????? Контакты
12.09.07 ? ???????? ????? ????? ?? ????? ??????
10.09.07 ??????? ??????????. ?????????? ????????????
10.09.07 ???????? ????????. ??????????? ?????? ??????????? ?????????
10.09.07 ?. ???????. ?????? ??????? ???? ????????????? ?????????????
09.09.07 ?.?. ?????????, ?.?. ???????. ?????????? ???????? ????????????
09.09.07 ? ??????????? ???????????: «??????? ???????????...»
09.09.07 ?????? ??????? ???????. ????? ?????????? ?????????
08.09.07 ?.????????. ? ?????? ??????????? ?????? ?? 2020 ????
08.09.07 ????? ???????. ?????????? ? ??????-??????????? ?????? ???????????
08.09.07 ??????: ????????? «??????-????????»
07.09.07 ?????? ???????????. ??????????? ????????… ???.
07.09.07 ???????????? ??? ??????????: ????? ????? ?????????? ?????
07.09.07 ????????? ???? ??? ?????? ?? ????? ???? ????????? ?????? ?????????
06.09.07 ?????????? «?? ????????????? ???????? ? ?????? ? ?????? ?? ???? ??????»
06.09.07 ????????? ?????????? ???????????????? ??????????? ???????? «???» ? ?????????? ?? ?????? ??????? ? ??????? ??. ??? ?? ??? ?????
06.09.07 ????????? ????????? ??????? ???? ?? ?????
05.09.07 ?? ????? ??????? ? ??????????: ???????

Rambler's Top100

Наш сайт является участником Кольца Патриотических Ресурсов
Кольцо Патриотических Ресурсов

наш баннер
????????? ????????. ? ??????? ?? ????????????? ?????? ? ????? ?????.

Автор публикуемой ниже статьи, которую мы публикуем в рамках предсъездовской дискуссии, не согласен с принципами разгосударствления научных организаций. СЕЛЕЗНЕВ Александр Захарович – доктор экономических наук, профессор МГИМО – Московского государственного института международных отношений (университета) МИД России заинтересованно, что называется, с цифрами в руках, комментирует положения «Концепции участия РФ в управлении государственными организациями, осуществляющими деятельность в сфере науки», касающиеся работы научных центров и фондов, вопросов приватизации имущественных научных комплексов и др. Понятно, однако, что, помимо оценок автора, есть другие мнения, иные аргументы. Редакция сайта выражает свою благодарность автору за предоставленный им глубокий аналитический материал и сожалеет по поводу технической невозможности правильно воспроивести на сайте прилагаемые в тексте богатейшие табличные данные.

________________________________________________________________________________

Период взаимосвязанных политической и экономической реформ в России в истекшем и в начале текущего десятилетия характеризуется существенными изменениями институционального характера. В экономике это выражается в становлении и развитии образований, нацеленных на передел государственной и колхозной собственности, землепользования, на резкое увеличение доли частного сектора в объеме ВВП. Государственный сектор сводится на нет, несмотря на негативные последствия для национальной безопасности. Все это сопровождается правовым оформлением таких институтов, как акционерные общества, инвестиционные фонды, коммерческие банки, финансово-промышленные группы, биржи, негосударственные пенсионные фонды, страховые компании. Соответствующие изменения коснулись также науки и научного обслуживания. Снижение доходной базы бюджетов всех уровней привело к резкому сокращению – абсолютному и относительному – бюджетного финансирования науки. Даже в лучшие времена реформ ее доля в расходах федерального бюджета так и не достигла 2% вместо 4% согласно закону, в бюджете на 2005 год составляет лишь 1% к расходам федерального бюджета. В отличие от нынешней ситуации, в СССР в 1985 г. расходы на науку составляли 3,5% расходов государственного бюджета.

Поскольку институциональные преобразования продолжаются и предполагается, по-видимому, демонтаж всей научной отрасли, необходим хотя бы предварительный анализ того, как институциональные изменения отразились на условиях функционирования и результатах деятельности этой жизненно важной сферы.

ГОСУДАРСТВЕННЫЕ НАУЧНЫЕ ЦЕНТРЫ

Созданное в 50–80-е годы ХХ в. мощное ядро научно-технического потенциала было добротной основой для вывода экономики из системного кризиса и могло послужить формированию качественно новой структуры производства. Однако в условиях «перестройки» и последующих рыночных преобразований использование имеющихся научных достижений существенно ухудшилось. Разрушение единства экономической системы страны, а затем процесс приватизации и «шоковой терапии» крайне негативно отразились на положении отраслевого сектора науки, наиболее существенно влиявшего на использование достижений фундаментальных наук в технологических процессах. Почти приостановилось формирование новых заделов. «Несущий каркас» системы «наука-производство» – академические институты, отраслевые НИИ и КБ, вузовские лаборатории, научно-производственные объединения (НПО) – оказался под угрозой закрытия. Часть НПО была ликвидирована, прекратилось финансирование значимых научных направлений. Однако все более осознанной становилась необходимость сберечь и укрепить наиболее сильные исследовательские структуры. Под давлением авторитетного мнения ведущих ученых страны было принято решение сохранить уникальную материально-техническую и кадровую базу науки на основе создания государственных научных центров (ГНЦ). Указом Президента РФ от 22 июня 1993 г . № 939 перед ними была поставлена задача сохранить в стране ведущие научные школы мирового уровня, обеспечить развитие научного потенциала в области фундаментальных исследований, подготовки высококвалифицированных научных кадров. Статус ГНЦ получили 58 исследовательских организаций. Сегодня такие центры имеются практически во всех важнейших наукоемких отраслях (металлургия, машиностроение, медицинская промышленность и др.), в них трудятся более 70 тыс. человек – свыше 8% общего числа занятых исследованиями и разработками в России. Они располагают основными фондами на сумму более 35 млрд. руб.

Придав названным структурам статус, обязывающий заботиться об их развитии, правительство так и не оказало им финансовую поддержку, выходящую за пределы задач «выживания». Подготовка России к вступлению в ВТО (с последующим навязыванием ей реалий жестокой конкурентной борьбы) властно диктует необходимость перехода от решения задачи выживания ГНЦ к обеспечению расширенного воспроизводства их потенциала на интенсивной основе – с созданием качественно новых технологий и техники. Критический физический и моральный износ во всех отраслях парка оборудования требует ускоренной его замены современным, создания «запаса прочности» в экономике, необходимого для динамичного экономического роста. При иных условиях рост невозможен, несмотря на благие намерения удвоить ВВП в течение текущего десятилетия. Мировая практика не знает примеров, когда за короткий период, при минимальных инвестициях в наукоемкие отрасли экономики и в ее бюджетный сектор, ВВП страны возрос бы вдвое. В России в этом секторе капитальные расходы составляют 7,2% от общих расходов федерального бюджета. Рекомендации отечественных ученых на сей счет, к сожалению, во внимание не принимаются. В системе ГНЦ пока имеются объективные предпосылки активизации интенсивного экономического развития: там остаются более 8000 специалистов, десятки академиков и членов-корреспондентов РАН (свыше 190 человек), более 1700 докторов наук. Без преувеличения можно сказать, что в ГНЦ находится элита фундаментального и прикладного секторов естественных наук. При создании хотя бы минимальных условий, отвечающих содержанию научного труда, возможны и соответствующие результаты.

Сложившиеся к настоящему времени формы прямой финансовой поддержки ГНЦ не вполне согласуются с решением задач, официально закрепленных в «Основах политики Российской Федерации в области науки и технологий на период до 2010 года и дальнейшую перспективу», а также подчеркнутых в посланиях Президента РФ Федеральному собранию. В указанных документах четко прослеживаются задачи обеспечить "прорыв" в новых технологиях и в технике, повысить конкурентоспособность отечественной наукоемкой продукции. Следовательно, решению этих задач должна быть подчинена и государственная финансовая поддержка ГНЦ.

Однако до сих пор целостная эффективная система управления ГНЦ как научным комплексом не сложилась. Узкие ведомственные сектора науки недостаточно интегрированы в единую систему. Непрерывно реформируемые федеральные министерства и ведомства объективно помочь уже не могут. Реорганизации проводятся без тщательной подготовки, на базе «призыва» туда управленцев, как правило, имеющих опыт совершенно в других сферах. На основе поспешно внедряемых схем управления дезорганизуются и координационно-регулирующие функции, и информационные управленческие ресурсы. Материализация научно-технических результатов, полученных в ГНЦ, невозможна без «критической массы» инвестиций. Например, в 1996–2000 гг. капитальные вложения по Федеральной целевой научно-технической программе (в сопоставимых ценах) сократились более чем в 6 раз. После 2000 г., несмотря на то, что увеличение доходов федерального бюджета и его исполнение с профицитом (составляющим ежегодно многомиллиардные суммы) позволяло как минимум в 2-3 раза увеличить бюджетную поддержку науки, и прежде всего ГНЦ, такая возможность не была реализована. Профицит преобразован в резерв правительства для довольно свободного использования под названием «Стабилизационный фонд». За счет поступающих в фонд средств правительство не намерено что-либо предпринимать в сфере науки, они пойдут на покупку ценных бумаг иностранных инвесторов – по всем правилам кредитных отношений - в расчете на получение процентного дохода. Реальный капитал на территории России будет бездействовать. Производительный капитал, потребляющий результаты НИОКР, остается слабым.

Перелом в развитии ГНЦ как катализаторов инновационного процесса не наступил. По отношению к ним государство не проявляет своей регулирующей роли. Минэкономразвития запустило в обращение «презумпцию нецелесообразности государственного регулирования в той или иной сфере». Однако в «Концепции участия Российской Федерации в управлении имущественными комплексами государственных организаций, осуществляющих деятельность в сфере науки» в 2005 г. предусматривается «уточнение правового положения ГНЦ», создание «федеральных центров науки и высоких технологий («национальных лабораторий») по приоритетным направлениям науки и технологий», а также «центров трансферта технологий» [1]. Все делается для использования схемы легализации приоритетной финансовой поддержки образований, не относящихся к ГНЦ и даже не имеющих в качестве соучредителей государственные структуры. Вместе с тем следует подчеркнуть значимость принятого 31 декабря 2004 года Распоряжения Правительства Российской Федерации № 1769-р «О научных организациях, за которыми сохраняется статус государственного научного центра Российской Федерации».Этим документом подтвержден статус ГНЦ за всеми 58 ранее созданными структурами –от Центрального аэродинамического института имени профессора Н.Е.Жуковского ( г. Жуковский, Московская область) до Уральского института металлов ( г. Екатеринбург). Статус ГНЦ и их перечень оставлены прежними, но проблемы не решаются.

Эффективность деятельности ГНЦ могла бы быть существенно выше. Для этого необходимо, во-первых, упорядочение оформления результатов деятельности ГНЦ как интеллектуального продукта и интеллектуальной собственности. До настоящего времени зарубежные партнеры при заключении соглашений с ГНЦ добиваются получения исключительных прав, а значит, и основной массы доходов. Во-вторых, требуется содействие государства укреплению финансов ГНЦ на основе восстановления государственного заказа на выполнение НИОКР. Это создает определенность в работе на перспективу. В-третьих, при всей важности роста внебюджетных источников финансирования научных исследований и разработок (их доля приблизилась к 50% общей суммы финансирования) приоритетное бюджетное финансирование остается основным рычагом государственного регулирования в этой сфере. Оно должно быть увеличено с 1.72% (2004 г.) хотя бы до 4% по отношению к расходам федерального бюджета, как это предусмотрено законом . Поскольку в сфере НИОКР не всегда эффективной может быть схема финансирования «под результат», которая просматривается в правительственной концепции реформирования бюджетного процесса, требуется четко определить звенья кооперации труда, работающие на результат в течение определенного времени. И тогда тем более будет ясно, что, выстраивая «древо целей» во времени, надо улучшать финансирование науки, не увеличивая «закачку» валюты от продажи нефти в Стабилизационный фонд. Фонд должен направлять и финансовые потоки в самую приоритетную отрасль, какой повсюду в мире считается наука. Фонд, который на начало 2005 г. составил 522.3 млрд. руб. и к концу года, по расчетам автора, превысит 900 млрд. руб. (около четверти расходов бюджета), должен работать на национальную экономику!

ГОСУДАРСТВЕННЫЕ НАУЧНЫЕ ФОНДЫ

В результате создания в 1992–1994 гг. Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) и Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ) за ними была закреплена доля в расходах федерального бюджета на гражданскую науку соответственно 6% и 1%. На 2004 г. расходы на науку из федерального бюджета были предусмотрены в объеме 46 млрд. руб. [2]. На 2005 г. в связи с включением в раздел бюджета «Общегосударственные вопросы» только расходов на фундаментальные исследования эта сумма составит около 30 млрд. руб. [3]. Ухудшение бюджетного финансирования науки с переходом на рыночные принципы привело к расширению деятельности негосударственных научных организаций с ограничением 25% государственного участия в их уставном капитале. Тем самым был дан импульс для «перетока» научных кадров в негосударственный сектор научного бизнеса. Произошла определенная диверсификация деятельности и как следствие – рост числа научных организаций, где отмечалась сильная текучесть кадров. Если в 1990 г. насчитывалось около 4000 НИИ всех видов с общей численностью занятых около 3 млн. человек, то к 2000 г. в 4200 НИИ оставалось только 800 тыс. работников, и уже 160 тыс. были заняты в малых инновационных предприятиях, в списке которых значилось порядка 30 тыс. юридических лиц [4]. Соответственно, законодательно была декларирована государственная поддержка малых компаний в научно-технической сфере. В 1994 г. создан Фонд содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере, доля которого первоначально устанавливалась на уровне 0.5% общей суммы расходов федерального бюджета на гражданскую науку и постепенно была доведена до 1.1–1.2% против норматива 1.5% [5] . Например, за 2003–2004 гг. отчисления в фонд превышали 1 млрд. руб. Этот фонд – не благотворительный и используется как инструмент финансовой поддержки лизинга оборудования, предоставления кредитов со ставкой до половины учетной ставки Центрального банка и т.п. При финансовой поддержке фонда созданы и многие инновационные структуры, сегодня являющиеся крупными производителями программных продуктов, стоматологических препаратов и техники, лазерных медицинских аппаратов, электрохирургических инструментов, ветеринарных препаратов, научных приборов, приборов охранной пожарной сигнализации и т.п., не уступающих лучшим зарубежным аналогам по основным потребительским параметрам и дизайну. Названный фонд до сих пор использует методы финансовой поддержки инновационных предприятий, продиктованные ситуацией создания условий для их «выживания» в конкурентной среде при практически неограниченном импорте.

По группе научных фондов в настоящее время используется в общей сложности 8,5% расходов федерального бюджета на гражданскую науку. Финансовая поддержка ученых осуществляется по групповым и индивидуальным проектам на конкурсной основе с использованием научной экспертизы, содержащей заключения о значимости проектов для социально-экономического и культурного развития страны. Научные фонды позволили возобновить индивидуальные и коллективные исследования, что особенно важно для развития гуманитарных наук, где исследовательский процесс, как правило, связан с деятельностью небольших коллективов, которые получили возможность организовывать научные экспедиции. Появилась возможность издания научных трудов и закупки научного оборудования, проведения всероссийских и международных научных конференций. Реальную финансовую поддержку могут получать и научные библиотеки: ее объем в 2002–2004 гг. в расчете на год составлял 146,6–175 млн. руб. Ниже представлены результаты конкурсов РФФИ за 10 лет (по данным этого фонда) [6].

Таблица 1

Конкурсы исследовательских и издательских проектов РФФИ в 1993–2002 гг.

11993 11994 11995 11996 11997 11998 11999 22000 22001 22002 ВВсего Поступило заявок, тыс. единиц 117,9 112,9 111,6 115,2 111,1 110,5 99,9 88,2 99,0 99,5 116 Проекты,получившие финансовуюподдержку,тыс. единиц 33,02 22,82 22,96 44,89 22,82 33,29 33,31 33,03 33,3 33,31 332,8 Количествонаучных организаций, где работают участники конкурса 8830 7750 6643 8804 6683 7740 6678 7708 7776 7750 11500 Финансируемые проекты (новые ипереходящие),тыс. единиц 33,02 55,50 66,84 88,22 88,77 99,29 88,09 88,37 88,7 88,65 332,8

В последние годы на все формы финансовой поддержки за счет средств РФФИ выделялось: в 2002 г. – 1734,4 млн. руб., в 2003 г.– 1963,77 млн., в 2004 г. – 2386,6 млн. Благодаря деятельности РФФИ финансовую поддержку ежегодно получают около 50 тыс. ученых, к участию в научных проектах привлечены более 3 тыс. студентов и аспирантов. Из 840 академиков, работающих в пяти государственных академиях, 580 являются руководителями проектов, финансируемых РФФИ. Аналогичная ситуация и в РГНФ, его масштабы финансовой поддержки ученых скромнее.

Практика использования фондов, на наш взгляд, нуждается в совершенствовании. Средства изначально выделяют «по числу проектов», а не по воздействию какой-либо отрасли науки на общественное развитие, без должного учета масштабов того или иного «цеха» науки. Требуется существенно улучшить нормативно-правовое обеспечение деятельности фондов. Особенно это касается системы экспертных советов, для которой характерным стал замкнутый корпоративизм, неизбежно проявляющийся в «отсеве» по результатам конкурса проектов «провинциальных» заявителей и научной молодежи. Правда, надо признать и то, что в центрах концентрации научной мысли уровень конкурсных проектов существенно выше. Необходимо также пересмотреть уставы фондов с целью закрепления в них порядка резервирования части средств на непредвиденные расходы. Получает распространение негативный опыт не предусмотренного действующим законодательством использования средств фондов на «экстренные» конкурсы, которые по нормам Гражданского кодекса РФ не вписываются в содержание понятия «публичный конкурс». Например, в РФФИ в 2002 и 2003 гг. на внеконкурсной основе использовалось до 13% средств фонда. Сам факт внеконкурсного выделения денег ставит под угрозу перспективу эффективного использования бюджетных средств. Материалы проверок Счетной палаты РФ показывают, что в работе РФФИ практиковалась поддержка научных конкурсных проектов по ранее законченным исследованиям. Например, средства на создание в 2002 г. лекарственного препарата «Семакс-1% раствор» были выделены после того, как Институт молекулярной генетики РАН получил разрешение на его промышленный выпуск в 2001 г.

Сегодня достаточно перспективно более широкое привлечение внебюджетных средств в качестве дополнительного источника финансирования научных исследований и издательских проектов. Бюджетная сфера, в которой насчитывается свыше 40,7 тыс. учреждений, в настоящее время использует многие внебюджетные источники. (Таких организаций уже более 27 тыс., причем почти треть из них имеет долю внебюджетных источников в общей сумме финансирования свыше 25%.) По данным Счетной палаты РФ, на начало 2004 г. доля внебюджетного финансирования Дальневосточного отделения РАН составляла 15.81%, Уральского отделения РАН — 25.83%, Российской академии образования – 18.79%. Научными фондами такие источники практически не используются: их доля в РФФИ составляла 0.36%, в РГНФ – 0%. Между тем издательства, которым передаются средства на выпуск научной литературы в рамках конкурсных проектов, как правило, являются негосударственными. Получая финансовую поддержку на издание научной литературы, они ограничиваются выпуском небольшого количества обязательных экземпляров, никак не связывая себя обязательствами доводить научную литературу до специалистов по всей стране.

До настоящего времени все научные фонды не участвуют должным образом в реализации федеральных целевых программ. Финансируемые ими научные проекты недостаточно согласуются с утвержденными РАН приоритетами в научной сфере.

ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ЦЕЛЕВЫЕ ПРОГРАММЫ

После Второй мировой войны под влиянием беспрецедентных темпов возрождения на плановой основе экономики СССР во всем мире стали внедряться приемлемые для рыночных экономических систем формы планирования национальных экономик, их государственное регулирование. После разрушительных акций 90-х годов в России осознана необходимость организации эффективной работы государственного сектора экономики с использованием государственных целевых программ. К сожалению, в России программно-целевой метод регулирования экономики и социальной сферы до сих пор использовался в значительной степени для его дискредитации – подобно тому, как сегодня остатки государственного сектора используются для «доказательства» его неэффективности. В опыте разработки и реализации федеральных целевых программ выявились существенные изъяны, касающиеся одновременной реализации большого числа программ: распыление средств по множеству мероприятий, использование части средств не по назначению, низкая доля капитальных затрат в структуре расходов по осуществлению программ. С 1996 по 1999 г. ежегодно финансировалось от 96 до155 программ. С учетом бюджетных посланий Президента РФ, в которых ставилась задача провести инвентаризацию программ, уменьшить количество и улучшить качество всей работы, связанной с их подготовкой и проведением, был взят курс на сокращение их числа. На 2005 г. предусмотрена реализация 54 федеральных целевых программ с общим годовым объемом финансирования 257,8 млрд. руб. (см. табл. 2, составленную по материалам приложения к проекту Закона о федеральном бюджете на 2005 г.) [7].

Существенное значение имеет их научная составляющая. На 2005 г. расходы на НИОКР значатся в 33 программах из 54 и составят 24 млрд. руб., то есть 9,34% (в 2004 г.– 11,2%). Считается, что увеличение капитальных расходов с 22,7% в 2004 г. до 50,9% в 2005 г. повысит эффективность программных мероприятий. Однако это верно при условии роста доли расходов на НИОКР, ибо в их процессе создаются концептуальные основания повышения эффективности расходов на программные мероприятия. Но любые расходы имеют качественный аспект. Например, к числу программ, в которых доминируют расходы на НИОКР (74,52%), относится программа «Интеграция науки и высшего образования России на 2002–2006 годы». Важно подчеркнуть, что в стратегическом плане такая интеграция –определяющее условие динамичного развития не только научно-образовательной сферы, но и всего общества. Напомним, что регулирование процесса интеграции науки и высшего образования на основе использования программно-целевого метода было начато в 1997 г. Осуществлялась Федеральная целевая программа «Государственная поддержка интеграции высшего образования и фундаментальной науки на 1997–2000 годы». Ее государственными заказчиками выступали Министерство образования РФ и РАН. В процессе реализации программы задачи укрепления и развития взаимодействия научных учреждений и высших учебных заведений были реализованы в весьма ущербной форме: программа была профинансирована лишь на 40.2%, что неизбежно привело к значительному сокращению программных мероприятий и к нарушению их единства. Студенты и аспиранты к осуществлению программы почти не привлекались, хотя без этого трудно представить интеграцию науки и образования.

Таблица 2

Объем и структура расходов на федеральные целевые программы в 2004–2005 гг.

2004 г. 2005 г. Темп Млрд. руб. В % к расходам Млрд. руб. В % к расходам (%) Федеральные целевые программы 174,3 100 257,8 100 148,6 В том числе капитальные вложения 38,7 22,2 128,3 50,9 331,5 НИОКР 19,5 11,2 24,0 9,6 123,1 Прочие 116,1 66,6 105,5 39,5 90,6

С учетом нерешенности основных задач в рамках названной программы в сентябре 2001 г. постановлением Правительства РФ была принята федеральная целевая программа интеграции науки и высшего образования на 2002–2006 гг. Однако и она воспроизводит все пороки, присущие «закрытой» программе. Главный из них – финансовое обеспечение. На 2005 г. из средств федерального бюджета предусмотрено выделить 256,9 млн. руб., в том числе на капитальные вложения – 63,9 млн. руб. «Цена» этой программы – 1 руб. 78 коп. на душу населения в год, что не соответствует значению и масштабам новой программы. Средства на реальную интеграцию науки и образования на оставшийся 2006 г. есть: в федеральном бюджете на 2005 г. снова предусматривается профицит в сумме 278,1 млрд. руб. – 8,36% к предполагаемым доходам бюджета [8].Фактически он будет почти в два раза больше. Можно было бы сократить масштаб бесконтрольного использования правительством колоссальных для деградирующей экономики объемов финансовых ресурсов и направить их в реальный сектор экономики, а также на объединение усилий науки и образования - не только высшего, но и среднего.

В совершенствовании программно-целевого метода регулирования сферы науки и научного обслуживания наиболее актуальным остается усиление их инвестиционной направленности и научного обеспечения содержательной части. Увеличение расходов на НИОКР до трех четвертей общих расходов подчеркивает лишь то, что результатом реализации программы будут пухлые бумажные отчеты, а не реальные меры. В этом суть бюджетной политики последних лет: превращение федерального бюджета в бюджет «застоя», а многих федеральных целевых программ – в программы имитации дела. Особенно показательна в этом отношении названная программа. «Успехи» ее реализации примерно такие же, как в результате компьютеризации сельских школ: дело считается завершенным, а школы остались без компьютеров.

ПРИВАТИЗАЦИЯ В СФЕРЕ НАУКИ И НАУЧНОГО ОБСЛУЖИВАНИЯ

После разрушения СССР и «обвального» снижения объемов производства, а значит, и доходов бюджетов всех уровней получатели бюджетных средств в науке и научном обслуживании оказались в наиболее тяжелом положении. Надежды возлагались на приватизацию. Однако по реализуемой в стране схеме она не могла существенно улучшить ситуацию, поскольку была проведена в неоправданно короткий исторический период, с масштабными нарушениями, противоречащими целям приватизации, задачам демонополизации экономики. Как известно, Законом РСФСР от 3 июля 1991 г. № 1531-1 «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» в ряде отраслей экономики приватизация была запрещена (образование, здравоохранение, академическая наука) или должна была регулироваться иными законодательными актами РФ и ее субъектов. Но запрет был игнорирован, и приватизация привела к разукрупнению научных организаций, росту их числа (1994 г. – 72,2 тыс. единиц, 1995 г. – 91,1 тыс., 1996 г. – 96,8 тыс.). Общая ситуация возрастания неопределенности в сфере науки привела к сокращению среднегодовой численности занятых в отрасли с 2769 тыс. человек в 1991 г. до 1514 тыс. в 1996 г., то есть в 1,8 раза [9]. Произошли заметные изменения в структуре персонала: численность исследователей сократилась в 1,7 раза, а их доля в общей численности персонала – с 52,4% в 1992 г. до 48,9% в 1996 г.; численность техников уменьшилась в 2,1 раза, их доля снизилась соответственно с 11,7% до 8,8 %; вспомогательный персонал сократился в 1,5 раза. Ухудшился интегрирующий показатель доведения результатов исследований до практического применения. В 1993–1996 гг. в 1,39 раза снизилось количество поданных патентных заявок, в том числе в 1,58 раза – со стороны отечественных заявителей. Масштаб приватизации в отрасли не был значительным. Основным источником финансирования науки оставались бюджетные средства, направляемые главным образом на оплату труда работников и на первоочередные текущие расходы. Физический и моральный износ научного оборудования исследовательских структур достиг критической отметки.

Действующей с 1994 г. государственной программой завершения приватизации с использованием приватизационных чеков была запрещена приватизация органов научно-технической информации, предприятий и объектов научной и опытно-производственной сферы, входящих в состав различных государственных академий, включая отраслевые. Однако общая атмосфера «приватизационного бума» и сопутствующих нарушений законодательных актов распространилась и на эту область. Характерный пример: в процессе приватизации в отрасли ставилась задача получения денежных средств на реализацию инвестиционных условий, фактическое поступление которых было в 26 раз меньше. Инвестиционные условия игнорировались, что вело к завершению приватизации без инвестиций, с незаконной передачей коммерческим структурам объектов федеральной собственности – имущественных комплексов научной сферы. Притока денежных средств на поддержание социальных условий в эти годы не предусматривалось. Невыполнение инвестиционных условий исключало улучшение социальной защищенности граждан, развитие объектов социальной инфраструктуры. Ситуация даже ухудшилась: земельные участки, закрепленные за научными организациями, заняли предприятия частного бизнеса, создавались условия для дальнейшего сокращения научного потенциала. Если в 1996 г. численность персонала, занятого исследованиями и разработками, составляла 990,7 тыс. человек, то в 2002 г. – 882, 2 тыс. Наиболее интенсивно шел отток из отрасли исследователей и техников: в 1996 г. – 572,6 тыс. человек, а в 2002 г. – 497,5 тыс. Давала о себе знать коррупция, чиновники государственных органов активно содействовали обеспечению интересов частных лиц, в том числе иностранных граждан. Несмотря на изъяны приватизации, распоряжением Правительства РФ от 20 августа 2002 г. утвержден Прогнозный план (программа) дальнейшей приватизации федерального имущества на 2003 г., затем на 2004 г., а также Основные направления приватизации федерального имущества до 2006 г., включая сферу науки и научного обслуживания. В этих документах игнорировались положения Послания Президента РФ Федеральному собранию от 18 апреля 2002 г. «О положении в стране и основных направлениях внутренней и внешней политики государства». В нем, в частности, подчеркивалась «избыточность» приватизации. Не была исключением и наука.

Имеются планы продолжить приватизацию в сфере науки. Они отражены в "Концепции участия Российской Федерации в управлении государственными организациями, осуществляющими деятельность в сфере науки". Исходя из факта роста в 1990–2003 гг. числа научных организаций в 1.53 раза (с 297 до 454), авторы концепции намерены к 2008 г. акционировать и продать с аукциона все научные учреждения, кроме "100–200 хорошо технически оснащенных, укомплектованных квалифицированными кадрами, достаточно крупных и финансово устойчивых научных организаций". Концепция предусматривает разгосударствление научных организаций, как ни странно, якобы в русле реализации интересов государства. Поскольку при этом будут создаваться фонды и автономные некоммерческие организации, то они станут и собственниками имущества, переданного им государством. «Применение данного механизма разгосударствления в сфере науки целесообразно в отношении небольших, экономически эффективных (самоокупаемых) организаций» [10]. Очевидно, что таким путем процесс приватизации будет доведен до «последней черты». Ученые-государственники, к числу которых относит себя и автор этой статьи, придерживаются иного мнения: этот процесс должен быть остановлен, совершенно недопустима «раздача» научных организаций, исходя лишь из потребности избавиться от забот по их финансированию. Правильнее было бы провести системную ревизию, установить, что оказалось излишним, но ничего не отдавать даром – в порядке разгосударствления, а фактически в руки околонаучного бизнеса, в интересах определенных группировок, лоббировавших появление упомянутой концепции. Очередная волна разгосударствления неизбежно приведет к тому, что недосчитаются многих структур и в составе институтов РАН. Это послужит причиной их ослабления, дальнейшего разрыва преемственности в кадровом обеспечении научной сферы, нанесет непоправимый вред развитию науки, интеграции науки и образования. Необходимо преодолеть распыление сил и средств в науке на основе их концентрации, в том числе продажи части ненужного имущества для приобретения нужного, а не путем разгосударствления.

Частный бизнес надо отделить от потоков государственных средств и от «кормушек» за их счет. Конечно, надо считаться с тем, что частный сектор в научном обслуживании возможен, в гораздо более узких пределах он возможен и в самой науке, использующей эффект всеобщего труда. Обобществление в сфере НИОКР выступает как историческая тенденция, которую разгосударствление не в состоянии преодолеть, не причиняя вреда науке. Бизнес развивается по законам товарного производства и во все сферы внедряет свои критерии и принцип наживы. Это неизбежно касается и науки. Бизнес всегда готов использовать результаты исследований, но, как правило, остается в стороне в период риска. Финансирование, связанное с риском, скорее, посильно государству. Есть основания утверждать, что все преобразования в сфере науки и научного обслуживания за последние годы явно были вне строго обоснованной государственной стратегии, имеющей системные координаты. Такой стратегии в стране пока нет. По этой причине оказались недостаточно эффективными институциональные формы организации деятельности в сфере науки. Однако вместо анализа такого положения чиновники федеральных околонаучных структур в названной выше концепции ищут другие причины и полагают, что сам «государственный сектор науки не может обеспечить эффективную реализацию государственной научно-технической политики» [1, с.4]. По существу, они пытаются проводить государственную научно-техническую политику ... в борьбе с государственным сектором науки!

Введение новых институциональных форм государственного регулирования научной сферы может дать ожидаемый эффект только по мере реализации принципа системного, комплексного подхода к использованию этих форм. Его определяющим принципом должен быть принцип органического единства всех элементов системы. Надо, чтобы академии наук, вузы, отраслевые ГНЦ и НИИ, научные фонды и иные организации стали звеньями одной цепи, подчиненными достижению определенной цели в развитии человека, охране его здоровья, в совершенствовании всех элементов производительных сил. Негосударственный сектор в научной сфере по своей сути может оказывать лишь немонополизированные и выполняемые по договорам услуги – как для государственных, так и для негосударственных структур. Осуществляемая ныне реформа системы управления, в том числе в сфере образования и науки, в функциональном аспекте явно не отработана, в ней нет научного системного видения перспективы взаимосвязанного развития отдельных институциональных блоков.

ЛИТЕРАТУРА

1. Концепция участия Российской Федерации в управлении государственными организациями, осуществляющими деятельность в сфере науки // Поиск. 2004. № 43.

2. Воронин Ю.М., Селезнев А.З., Чередниченко Л.Г. Россия: экономический рост. М., 2004. С. 212.

3. Федеральный закон «О федеральном бюджете на 2005 год». Библиотечка «Российской газеты». Вып. 1–2. М., 2005. С. 94.

4. Бортник И.М. Фонд содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере // Федеральный справочник. 2003. №12. С. 358.

5. Основные проблемы и условия эффективного воспроизводства отечественного научного потенциала. М.: ТЕИС, 2003. С. 33.

6. Алфимов М.В. Десять лет служения российской науке // Федеральный справочник. 2003. №12. С. 337.

7. Пояснительная записка к проекту Федерального закона «О федеральном бюджете на 2005 год». Приложение 3. С. 33.

8. Федеральный закон «О федеральном бюджете на 2005 год». Библиотечка «Российской газеты». Вып 3. М., 2005. С. 4. 9. Наука и технологии в России: прогноз до 2010 г. М.: Центр исследований и статистики науки, 2000. С. 93–94. 10. Аллахвердян А., Агамова Н. Над дном // Поиск.2003. № 22. С. 7.

11. Новые законы и нормативные акты. 2005, №11, с.55-57.


15.12.05, anatol

Редакционная политика Управление сайтом
Новый сайт движения! >>>