Новый сайт движения! >>>
ДВИЖЕНИЕ ЗА ВОЗРОЖДЕНИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ НАУКИ
Начало ?????????? ????? ??????????? ???????? ???????????????? ??????? ???????? ??????? Контакты
12.09.07 ? ???????? ????? ????? ?? ????? ??????
10.09.07 ??????? ??????????. ?????????? ????????????
10.09.07 ???????? ????????. ??????????? ?????? ??????????? ?????????
10.09.07 ?. ???????. ?????? ??????? ???? ????????????? ?????????????
09.09.07 ?.?. ?????????, ?.?. ???????. ?????????? ???????? ????????????
09.09.07 ? ??????????? ???????????: «??????? ???????????...»
09.09.07 ?????? ??????? ???????. ????? ?????????? ?????????
08.09.07 ?.????????. ? ?????? ??????????? ?????? ?? 2020 ????
08.09.07 ????? ???????. ?????????? ? ??????-??????????? ?????? ???????????
08.09.07 ??????: ????????? «??????-????????»
07.09.07 ?????? ???????????. ??????????? ????????… ???.
07.09.07 ???????????? ??? ??????????: ????? ????? ?????????? ?????
07.09.07 ????????? ???? ??? ?????? ?? ????? ???? ????????? ?????? ?????????
06.09.07 ?????????? «?? ????????????? ???????? ? ?????? ? ?????? ?? ???? ??????»
06.09.07 ????????? ?????????? ???????????????? ??????????? ???????? «???» ? ?????????? ?? ?????? ??????? ? ??????? ??. ??? ?? ??? ?????
06.09.07 ????????? ????????? ??????? ???? ?? ?????
05.09.07 ?? ????? ??????? ? ??????????: ???????

Rambler's Top100

Наш сайт является участником Кольца Патриотических Ресурсов
Кольцо Патриотических Ресурсов

наш баннер
????????? ?????????? ? ??? ?????? ?????????? ?????????

ОТ РЕДСОВЕТА. Наши корреспонденты оправданно тревожатся о скором приближении давно обозначившейся угрозы: «Мы должны четко осознавать, - пишут они нам, - что вступление России в ВТО является продолжением грабительской приватизации и несет для нашей Родины еще более губительные последствия. Не случайно правительство запускает такие проекты в период зимних праздников (вспомните монетизацию льгот, реформу ЖКХ), не без основания опасаясь народного возмущения! Нас пичкают сладким киселем обещаний и либерального пиара, а в это время отхватывают куски пожирнее от народного достояния». В это связи мы предлагаем Вашему вниманию две информативные публикации Сергея Бирюкова и Юрия Солозобова.

________________________________________________________________________________

21.12.2005, Сергей Бирюков

РОССИЯ И ВТО: казнить нельзя помиловать

Заявку на членство в ВТО Россия подала еще в середине 1990-х годов. Однако с тех пор мало что делалось в практическом плане для достижения поставленной цели. Декларируя формальную приверженность ВТО и интеграции с Западом, президент Ельцин ничего не предпринимал для этого практически, хорошо понимая, на какое сопротивление тогда еще сильных отраслевых промышленных элит он может натолкнуться в условиях очевидной слабости политического режима. И только после того, как Владимир Путин занял высший государственный пост в стране, консолидировал элиту и основные властно-политические ресурсы, задача присоединения к ВТО была включена в повестку дня.

Впрочем, эта цель была очередной в серии стратегических и знаковых уступок, сделанных новыми властями РФ ради сближения с "мировым сообществом" — наряду с ратификацией СНВ-2, отказа от военных объектов в Лурдесе и Камрани, согласием на американское военное присутствие в Центральной Азии и др. Владимир Путин не раз отмечал, что членство в ВТО должно стать для России важным импульсом в деле формирования интеграционных процессов, которые позитивно повлияют на формирование нового, более справедливого мироустройства. В своих посланиях Федеральному Собранию он не раз заявлял, что для сильной и современной России жизненно необходимо участие в поиске коллективных решений по формированию справедливых экономических условий. По сути дела речь идет о том, готовы ли мы занять свое достойное место среди наиболее экономически развитых стран мира и на равных защищать свои торговые интересы, или для нас пределом мечтаний является мировая конъюнктура высоких цен на различное сырье. Заслуживают внимания аргументы сторонников "немедленного вступления".

Аргумент "о вхождении в сообщество цивилизованных стран" в данном случае абсолютно не срабатывает — ибо членство в ВТО вовсе не гарантирует интеграции в "первый мир", что подтверждается примерами многих стран. Что касается утверждения о наличии гипотетических преимуществ вступления в ВТО ("наподобие адекватного включения в глобализационные процессы"), то они выглядят еще более спорными. Действительно, ВТО считается глобальной организацией, в которой состоят абсолютно все страны — но с учетом индивидуальных особенностей и интересов. Тому же Китаю, например, вступление в ВТО было очень выгодно. Потому что Китай как мировая фабрика по производству дешевых товаров заинтересован во "вскрытии" для них новых рынков. К России же в силу объективной ограниченности сегодняшних экспортных возможностей ее промышленности это не имеет отношения.

Еще более сомнительным представляется в этом свете аргумент о "преодолении дискриминационных ограничений". Ибо ВТО является, по сути, организацией дискриминационной. ВТО могло изображать подобие равенства прав и правил своих членов только до тех пор, пока оно было организацией локальной, объединявшей одну группировку стран. В настоящий момент, когда внутри ВТО выстраиваются рамки и уровни равенства, можно быть абсолютно уверенным в том, что Россия окажется не в первых рядах этого списка.

Формально ВТО гарантирует своим членам открытие рынков, что дает возможность различным странам, вступившим в нее, апеллировать к арбитражным органам, в том случае, если кто-то действует за рамками принципов ВТО. Тем не менее, на опыте многих стран есть все основания считать, что эти апелляции не дают никакого результата — о чем следует задуматься и России.

Контраргументы противников вступления в ВТО заставляют задуматься более серьезно. Структура текущего российского экспорта весьма специфична, и она не является предметом регулирования ВТО. В первую очередь, Россия продает сырье и оружие, причем, несмотря на то, что оружия продается достаточно мало, его экспорт имеет существенное значение для технологии защитных производств. Вступление в ВТО лишает Россию возможности проводить сознательную и вменяемую промышленную политику, поэтому все возможные при определенных условиях продукты российского экспорта, которые могли бы стать предметом регулирования ВТО, никогда не появятся, если мы в эту организацию вступим. Станет невозможным экономический протекционизм, и, следовательно, — сама модернизация российской промышленности, благоприятное время для проведения которой было столь бездарно упущено действующим кабинетом. Наиболее же опасным для России является намерение ВТО регулировать внутренние цены на энергоносители. Ведь именно это способно лишить Россию последнего конкурентного преимущества — собственной обрабатывающей промышленности, не говоря о том, что если внутренние цены на нефть еще каким-то образом могут соотноситься с мировыми, хотя они и существенно различаются во многих странах мира, то мировых цен на газ не существует в принципе, потому что пока просто нет соответствующего мирового рынка.

Тем более, что и без членства в ВТО Россия готова играть одну из ключевых ролей в формировании новой транспортной и энергетической архитектуры во всем Евроазиатском регионе, сохраняя и укрепляя свои позиции на рынке энергоносителей и вооружений в рамках уже занятых сегментов. Период "нефтедолларовой стабилизации" постепенно подходит к концу, однако ни структурной перестройки, ни сколько-нибудь продуманной промышленной политики от действующего правительства страна так и не дождалась. И это заставляет серьезно усомниться в том, что стратегической целью сторонников форсированного вступления в ВТО, пребывающих ныне в стенах МЭРТ, является именно модернизация и повышение эффективности российской экономики. В чем же тогда состоит смысл подобных инициатив? В чем выгода России от вступления в ВТО? И каковы возможные долгосрочные последствия этого решения?

Для ответа на этот вопрос обратимся к недавней к истории. Приватизация в 1990-ые годы лакомых кусочков бывшей социалистической собственности создала несколько противоборствующих олигархических групп, пытавшихся получить побольше госсобственности (перераспределение 2000-х годов в пользу "государственно-силовых" олигархов сути системы не изменило, лишь усилив смычку бизнес-структур и государства). В итоге, в России утвердился т.н. архаический капитализм (отличаемый классиком социологии М.Вебером от капитализма рационального и производительного). По мнению российского социолога Е.Н.Старикова, капитализму подобного типа свойственны следующие основные черты.

1) Безразличие к технико-технологическому уровню того общества, на котором он паразитирует. Типологически он однороден и для Шумера ХХI в. до н.э., и для России начала ХХI в. Самое главное состоит в том, что архаически-перераспределительному капитализму сфера производства безразлична: ибо все равно, чем спекулировать. Если и совершаются "кавалерийские набеги" на хайтек, то лишь для последующей его перепродажи зарубежным партнерам.

2) В то время как для торжества современного высокоэффективного капитализма необходимой предпосылкой является наличие высокой деловой общей этики, архаический капитализм торжествует лишь в условиях аномии, клановой фрагментации государственного аппарата и всепроникающей коррупции. Лишь в подобных условиях распродажа стратегических ресурсов, колониальная эксплуатация отраслей и регионов вкупе с криминальным и чиновным рэкетом становятся "легитимными" формами бизнеса. И только в ситуации торжества социал-дарвинистских принципов возможно освобождение государства от социальных обязательств и забвение им собственных граждан. Собственно, что и имеет место в сегодняшней России. 3) Архаический капитализм возникает на развалинах прежних производственных структур, но сам не создает новых. Сам он представляет собой чисто паразитарную структуру, лишенную всякой позитивной стратегии и конструктивных способностей, будучи замешанным на непроизводительном стяжательстве и последовательно ведущим к дезинтеграции страны. И поэтому вполне закономерно, что конфликт между "архаично"-коммерческим и высокотехнологичным производительным секторами является ключевым конфликтом современного российского общества, а все остальные конфликты — финансово-спекулятивный сектор против реального, компрадоры против национальной буржуазии, экспортеры против импортеров, ТЭК против ВПК — являются производными от этого основного конфликта.

Господство "питерских либералов" в правительстве и торжество политики "вашингтонского" консенсуса знаменуют сегодня победу именно архаического капитализма, торжество экономической модели, функционирующей посредством опоры на совершенно специфические механизмы. Огромные перепады в уровнях развития товарного хозяйства между Россией и Западом, явно заниженная стоимость российской квалифицированной рабочей силы, и столь же заниженный курс рубля, вывод финансовых схем за пределы досягаемости Российского государства — таковы основы новой экономики. Сказочный капитал сегодня может нажить тот, кто овладеет ресурсными потоками и активно поучаствовать в продаже российских энергоресурсов, промышленных полуфабрикатов, вооружений, технологий и производственных активов за границу.

В итоге, в годы правления Ельцина возник особый "сектор экономики", занятый людьми, которые получают огромную норму прибыли за счет монопольного контроля над указанными каналами. В рамках этого "сектора" произошло слияние "аппаратной номенклатуры" с взращенными государством через систему сомнительных сделок "коммерсантами" ("банкократия", принявшая форму нескольких ФПГ), над которыми позднее надстроились "силовые олигархи", претендующие на свою долю доходов от вышеописанного "сектора экономики" и потеснившие из него ряд бизнес-субъектов, не принявших новые правила игры. Данный симбиотический политико-экономический субъект не нуждался ни в политических ограничениях (отсюда монополизация власти и сужение пространства публичной политики), ни в социальной ответственности перед обществом (подтверждением чему стали пресловутая "монетизация льгот", "реформа" ЖКХ, и осуществляемые сегодня правительством коммерциализация здравоохранения и образования).

В конечном итоге, перед олигархо-бюрократическим "кентавром" встала дилемма: сохранить Россию как хотя бы относительно полноценное национальное государство, направив накопленные в рамках "архаично-сырьевого" сектора ресурсы на модернизацию промышленности и социальной сферы (что сложно, хлопотно, затратно, и главное — противоречит самой логике "архаического капитализма"), либо (что для него гораздо естественнее и проще) — легитимировать приобретенные возможности и ресурсы в глазах "мирового сообщества", для чего и необходимы соответствующие знаковые уступки. Оценивая ряд последних шагов российской власти (продолжающееся размещение колоссальных средств Стабилизационного фонда в иностранных банках, допуск иностранцев к приватизации российских "структурообразующих" сырьевых компаний-монополистов), можно заключить, что российская элита выбрала именно второй вариант.

В рамках этой тенденции вполне объяснимыми выглядят усилия по пропагандистскому обеспечению форсированного вступления в ВТО, которое будет означать завершающий этап международной легитимации российской правящей элиты в обмен на "сдачу" экономических оснований государственного суверенитета Российской Федерации. В силу этого, вопрос о том, следует ли России стремиться в ВТО, должен быть поставлен в несколько иной плоскости: следовать ли ей и дальше стратегией свертывания собственного суверенитета и политической субъектности, или же выдвинуть альтернативную стратегию, — в рамках которой ответ на поставленный вопрос будет вполне очевидным.

www.apn.ru

_______________________________________________________________________________ 21.12.2005, Юрий Солозобов

ВТО: пойди туда — не знаю куда!

Россия завершит все двусторонние переговоры по вступлению во Всемирную торговую организацию (ВТО) в начале 2006 г., об этом возвестил стране и миру Герман Греф. Глава МЭРТ оказался опечален только одним: политическое решение "вступить в ВТО любой ценой" не удалось исполнить "до 1 января, как мы планировали". Между тем, последствия вступления России в ВТО остаются до сих пор неясными и не просчитанными. Сам Герман Оскарович настроен в этом вопросе крайне оптимистично. На столичном совещании, посвященном социальным аспектам вступления в ВТО, Греф с улыбкой бросил в зал: "По моим ощущениям, все будет хорошо!".

Однако подчиненные Грефа на региональных конференциях по проблеме ВТО вынуждены признать, что анализ системных последствий присоединения вряд ли будет сделан министерством до момента вступления в ВТО. Поэтому, убеждают грефовцы, придется со всеми последствиями поспешного решения определяться "по месту", сразу после вступления. Так, Максим Медведков, директор департамента торговых переговоров МЭРТ и "главный переговорщик", прямо заявил, что "последствия присоединения к ВТО для экономики Красноярского края отдельно в исследованиях не просчитывались".

Да что там забытый МЭРТом край, пусть и равный по площади четырем Франциям! Недавно выяснилась еще более интересная подробность. Потребовалось больше десятка лет напряженных переговоров, чтобы только в июне этого года (!) МЭРТ объявил конкурс на проведение исследования последствий вступления в ВТО "для наиболее чувствительных отраслей и секторов с учетом соответствующих региональных аспектов". Если перевести с бюрократического новояза на русский язык — нас все время, приглашая в ВТО, как в сказке, призывали "пойти туда не знаю куда".

Вступление в ВТО — это не просто важный политический жест, подтверждающий стремление Кремля к международной интеграции. Это шаг, определяющий долгосрочные перспективы экономического развития огромной страны. И без четкой стратегии на долгосрочную перспективу делать этот шаг крайне рискованно. Неслучайно, по данным опроса ВЦИОМ, 36% наших граждан считают сегодня, что с ВТО стоит "повременить". И к этому "гласу народа" стоит прислушаться.

Ведь даже по отчету Всемирного банка, одного из главных лоббистов ВТО, в связи с либерализацией торговых барьеров безработица в России вырастет. Это связано со структурой экономики России, где существует большой бюджетный сектор, а основные доходы генерируются всего в нескольких отраслях: ТЭК, металлургия, машиностроение, строительство, пищевая промышленность и торговля. Сейчас в России на долю производства нефти и газа приходится 20% ВВП и 55% экспорта. Однако ТЭК не резиновый — нефтяная отрасль обеспечивает рабочими местами лишь 2 млн. человек из 75 млн. трудоспособного населения. Да и другие отрасли-доноры имеют весьма ограниченный рынок труда: в России около полмиллиона человек заняты в атомной энергетике, а в крупнейшей транспортной компании России — ОАО РЖД работает 1,5 миллионов человек, из них 300 тыс. уже готовят к сокращению.

Летом в Санкт-Петербурге состоялся экономический форум, на котором прозвучало грозное предупреждение: вступление в ВТО может привести к 40-процентному сокращению рабочих мест. Эксперты подсчитали, что только в первый год государство получит 14 млн. безработных, в то время как на сегодняшний день эта цифра колеблется в пределах 4 млн. Но и этот "польский" сценарий с его 20% безработицей далеко не самый катастрофический. Перед нашими глазами имеется куда более негативный опыт постсоветских стран — например, последствия поспешного молдавского вступления в ВТО. В результате присоединения к ВТО там не просто резко сократилась занятость: за пределы республики на заработки выехали около 1 млн. человек, тогда как все население Молдавии составляет около 3,88 млн. человек. Другой пример непродуманной политики — Киргизия, вступившая в ВТО в очень короткий срок. Сегодня киргизская промышленность практически перестала существовать, а Бишкек был вынужден впервые в истории ВТО потребовать пересмотра условий вступления. "Чтобы их успокоить, им предоставили разные гранты. А когда гранты кончились, у них случилась революция", — заключает экономист Михаил Делягин.

В чем причины подобной повторяющейся беды? Дело в том, что абсолютное большинство стран-членов ВТО — это развивающиеся страны, которые рассчитывали в процессе "глобализации" пробиться со своими товарами (преимущественно — сырьем и сельхозпродукцией) на рынки развитых стран. Однако "глобализаторы" на свои рынки "слабаков" не пустили, зато возможности развития собственной промышленности у "глобализуемых" убили на корню. Казалось бы, такой негативный опыт должен был насторожить российские власти. Ведь экономика России — пока не чисто колониально-сырьевая, а все еще индустриальная. Она исторически сложилась в СССР как вполне самодостаточная. Поэтому даже после распада Союза, в стране имеется большой платежеспособный внутренний рынок, достаточный для развития своей полноценной экономики.

Как отмечает аналитик Вадим Вещезеров, сегодня Россия имеет налаженное внутреннее производство основных потребительских товаров. Но для большинства российских производителей резкое открытие внутреннего рынка для импорта после вступления в ВТО — это катастрофа. При достижении уровня мировых цен на энергоресурсы и транспортные тарифы российские предприятия станут просто неконкурентоспособными, хотя бы в силу наших природных условий. Можно на все корки ругать недоделанный отечественный автопром, но надо четко понимать, что остановка только одного тольяттинского ВАЗа приведет к системному параличу целой смежной отрасли.

По данным Федерации независимых профсоюзов, при вступлении в ВТО потенциально неконкурентоспособные отрасли российской экономики, такие как автостроение, сельхозмашиностроение, текстильная и легкая промышленность, производство ряда строительных материалов, агропромышленный комплекс и другие понесут значительные потери в численности работников. Например, по данным профсоюза работников автомобильного и сельскохозяйственного машиностроения РФ и профсоюза машиностроителей РФ, эти отрасли потеряют до трети рабочих мест. В целом, только 25 % российских компаний останутся конкурентоспособными после вступления РФ в ВТО. Остальные же 75 %, по мнению аналитиков, ждет если не полное разорение, то очень сильное снижение доходов. Опросы ряда российских предпринимателей и их союзов еще более пессимистичны — они показывают, что готовыми к членству в ВТО считают себя лишь 10% российских предприятий.

В преддверии вступления в ВТО и в довольно успешных отраслях экономики работодатели принимают жесткие меры по сокращению издержек. Известно, какие массовые увольнения прошли в угольной промышленности. Сегодня подобная "активная реструктуризация" идет уже в металлургической промышленности, топливно-энергетическом и машиностроительном комплексах, на железнодорожном транспорте, в связи и др. По данным ФНПР, в ближайшее время высвобождения могут составить: в металлургии — 81 тыс. человек (ранее было высвобождено около 200 тыс. чел.), в энергетике — более 60 тыс. чел., на железнодорожном транспорте — 119 тыс. чел. Следует также ожидать масштабных увольнений в связи с реформой бюджетного сектора. При переводе на рыночные "рельсы" в системе образования и здравоохранения может быть сокращено 8–9 млн. человек в течение ближайших 4–5 лет. Встает вопрос не только о трудоустройстве квалифицированных специалистов (врачи, медицинский персонал, учителя, представители учреждений культуры), но и о самой возможности обеспечении всего населения страны видами важнейших социальных услуг.

И в это самое время власти постоянно говорят нам о необходимости притока трудовых ресурсов из-за рубежа, предлагают завозить ежегодно миллионы иностранных мигрантов! В каких отраслях будут создаваться рабочие места для "высвобождаемых" квалифицированных российских граждан? Как будут трудоустроены ставшие в одночасье "ненужными" миллионные индустриальные города? Сегодня Правительство РФ фактически не ведет активную трудовую политику. Печально известный закон о монетизации льгот № 122-ФЗ упразднил компенсацию затрат работодателей на опережающее обучение граждан, увольняемых из организаций. Число учреждений начального и среднего профессионального образования в стране при переходе их финансирования с федерального бюджета на бюджеты субъектов РФ значительно сокращается. Из-за нехватки бюджетных средств службы занятости не могут обеспечить в полном объеме профессиональное переобучение российских граждан. В большинстве территорий (Республика Дагестан, Республика Ингушетия, Приморский край, Томская, Ульяновская, Владимирская, Курская, Пензенская, Псковская области) доля безработных граждан, направленных на обучение, не превышает 4-6 %.

В России есть целые отрасли, которые после вступления в ВТО вызывают опасения хотя бы потому, что "они еще не встали на ноги". В частности, это система банков и страхования, о которой так бережно заботится Президент. Однако особую тревогу у экспертов вызывает товарное сельское хозяйство, которое является образом жизни для трети наших сограждан. Что будет с ним после ВТО? Ведь соглашение по сельскому хозяйству предполагает сокращение уровня государственной поддержки. Тогда как многие страны — члены ВТО занимают довольно жесткую позицию в отношении государственных субсидий и, кроме того, используют скрытые формы поддержки производителей — финансирование научных исследований, формирование системы стандартов. К примеру, сегодня стандарты России по зерну предусматривают 5 классов, а в США — 36, но российские предприятия не имеют ни технических, ни финансовых ресурсов для эффективной разработки жестко требуемых ВТО стандартов.

Господин Греф однажды высказал на правительстве свою фантастическую убежденность, что "при вступлении в ВТО в самом выигрышном положении окажется отечественное сельское хозяйство". Но даже среди соратников — членов кабинета ему мало кто поверил. Более того, исследования ученых Россельхозакадемии показали, что суммарные потери российского АПК от вступления страны в ВТО могут составить не менее $4 млрд., что в два раза превышает расходы на сельское хозяйство в консолидированном бюджете РФ. Сегодня ни в Москве, ни, тем более, на селе, к полноценному вступлению в ВТО просто не готовы. В стране полностью отсутствуют необходимые для эффективного участия в ВТО институты поддержки бизнеса, а вместе с ними промышленная и аграрная политика. Нет даже понимания того, что обеспечение страны собственными продовольственными ресурсами — это вопрос национальной безопасности. В мире жесткой глобальной конкуренции как воздух необходима цельная стратегия защиты российского сельского хозяйства. Однако власть занимает странную позицию инопланетного наблюдателя, который лишь бесстрастно фиксирует, как постоянно растет безработица на селе.

Так, по наблюдению полпреда Козака, "из почти 10 миллионов человек, проживающих в сельской местности Южного федерального округа, только 1,7 млн. задействованы в сельском хозяйстве". И такое кризисное положение дел сложилось в южных, относительно благополучных регионах! В центральных же областях России работы на селе просто нет: молодежь и специалисты массово покидают село. Например, если раньше в каждом хозяйстве был агроном, то теперь в Смоленской области на целый район приходится только два агронома. Сегодня для населения сел и мелких городов вместе с работой исчезает сам смысл их жизни. По мнению демографов, утрата статуса кормильца, а, следовательно, и главы семьи, является одной из главных причин высокой смертности мужчин в России.

Непродуманное вступление в ВТО может привести к нарастающей фрагментации страны. Тем самым, "неконкурентными" становятся 2/3 территории страны, на которой проживает до 70% трудоспособного населения. Целые промышленные районы могут стать зоной "социального бедствия". Так, в индустриальной Нижегородской области почти 40% предприятий оказались убыточны и не более 15% получили сертификаты соответствия международным стандартам качества продукции. Областные предприятия, как могут, готовятся к вступлению в ВТО — модернизируются и внедряют более совершенные технологии. Это влечет за собой массовое сокращение рабочих мест, поэтому безработица в Нижегородской области уже выросла более чем на 30%. В Тверской области уровень безработицы поднялся еще выше — от 57 до 73%.

По данным ФНПР, за первый квартал этого года госсектор и частные компании увеличили количество работающих всего лишь на 0,3%. Что характерно, при этом большая часть из прежних и новых рабочих мест была занята мигрантами из стран СНГ. При этом надо помнить, что одним из условий членства страны во Всемирной Торговой Организации является либерализация рынка труда. Это означает фактическое снятие запретов на массовый въезд выходцев из трудоизбыточных стран на российскую территорию. Естественно, что такое положение дел уже вызывает в регионах негативную реакцию у местного бедного, в большинстве своем русского, населения, к тому же имеющего плачевную демографическую тенденцию. Помимо усиления негативных чувств по отношению к "инородцам", большинство российских граждан воспринимает проводимую "сверху" интеграцию в ВТО исключительно как угрозу своей безопасности и материальному положению. Вступление в ВТО — это кампания, которая по своему характеру все больше и больше напоминает плохо продуманный и неподготовленный закон о "монетизации льгот", который уже вызвал при его неуклонном внедрении массовые протесты. Подобные социальные волнения в России могут повториться в куда больших масштабах, поскольку под каток реформ попадают не беспомощные инвалиды и старики, а самая активная категория трудоспособных граждан среднего возраста. В этом случае зимние выступления пенсионеров могут показаться российской власти добродушной беседой стариков на завалинке.

www.apn.ru


25.12.05, anatol

Редакционная политика Управление сайтом
Новый сайт движения! >>>