Новый сайт движения! >>>
ДВИЖЕНИЕ ЗА ВОЗРОЖДЕНИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ НАУКИ
Начало ?????????? ????? ??????????? ???????? ???????????????? ??????? ???????? ??????? Контакты
12.09.07 ? ???????? ????? ????? ?? ????? ??????
10.09.07 ??????? ??????????. ?????????? ????????????
10.09.07 ???????? ????????. ??????????? ?????? ??????????? ?????????
10.09.07 ?. ???????. ?????? ??????? ???? ????????????? ?????????????
09.09.07 ?.?. ?????????, ?.?. ???????. ?????????? ???????? ????????????
09.09.07 ? ??????????? ???????????: «??????? ???????????...»
09.09.07 ?????? ??????? ???????. ????? ?????????? ?????????
08.09.07 ?.????????. ? ?????? ??????????? ?????? ?? 2020 ????
08.09.07 ????? ???????. ?????????? ? ??????-??????????? ?????? ???????????
08.09.07 ??????: ????????? «??????-????????»
07.09.07 ?????? ???????????. ??????????? ????????… ???.
07.09.07 ???????????? ??? ??????????: ????? ????? ?????????? ?????
07.09.07 ????????? ???? ??? ?????? ?? ????? ???? ????????? ?????? ?????????
06.09.07 ?????????? «?? ????????????? ???????? ? ?????? ? ?????? ?? ???? ??????»
06.09.07 ????????? ?????????? ???????????????? ??????????? ???????? «???» ? ?????????? ?? ?????? ??????? ? ??????? ??. ??? ?? ??? ?????
06.09.07 ????????? ????????? ??????? ???? ?? ?????
05.09.07 ?? ????? ??????? ? ??????????: ???????

Rambler's Top100

Наш сайт является участником Кольца Патриотических Ресурсов
Кольцо Патриотических Ресурсов

наш баннер
?????: ??????? ????? ?????? ?? ?????????.“??????? ????” ? ???????? “??????”.

На днях в редакции “Правды” собрались представители движения “За возрождение отечественной науки” и российского координационного комитета профсоюзных организаций науки, чтобы совместно дать оценку нынешнего состояния исследовательского цеха страны и предложить меры по его выживанию и возрождению. В “круглом столе” приняли участие член Президиума ЦК КПРФ, председатель Центрального совета Межрегионального общественного движения “За возрождение отечественной науки”, член-корреспондент РАН Борис Сергеевич КАШИН, председатель Ассоциации профсоюзных организаций государственных научных центров, кандидат биологических наук Надежда Федоровна ГАРКУША, председатель Межрегионального объединения профсоюзных организаций научных центров и учреждений “За сохранение и развитие научно-технического потенциала страны”, кандидат технических наук Анатолий Степанович МИРОНОВ, действительный член РАЕН, доктор химических наук профессор Гранит Константинович СЕМИН, ведущий научный сотрудник Института биохимии РАН, доктор биологических наук Александр Георгиевич МАЛЫГИН, ведущий научный сотрудник Центрального совета “Курчатовский институт” Георгий Дмитриевич МАНТЕЙФЕЛЬ, руководитель отдела ЦНИИМаша Эдуард Анатольевич КОРЕНЕВ (г. Королев), член президиума ЦС Межрегионального общественного движения “За возрождение отечественной науки”, кандидат химических наук Рубен Геннадиевич ГАЗИЕВ, секретарь Центрального совета Межрегионального общественного движения “За возрождение отечественной науки”, кандидат технических наук Дмитрий Константинович РЫЖИКОВ. В работе “круглого стола” участвовал член Президиума ЦК КПРФ, главный редактор газеты “Правда” Валентин Сергеевич ШУРЧАНОВ.

В ЗАХЛОПНУТОМ КАПКАНЕ

В. ШУРЧАНОВ. Прежде всего хотел бы поприветствовать ученых, собравшихся в наших стенах: “Правда” традиционно уделяет серьезное внимание состоянию отечественной науки. Эта традиция в главной газете Компартии сложилась с советских времен. Мы верны ей и сейчас.

Успехи отечественной науки советской эпохи сегодня признают даже те, кто остервенело разрушал социализм и Советский Союз. Увы, это признание не останавливает нынешних властителей от продолжения антинационального курса на разрушение науки. Один из самых одиозных министров России постсоветской поры Г. Греф уже заявлял о необходимости развалить Российскую академию наук. Другой министр — А. Кудрин постоянно ощипывает бюджетное финансирование науки. А поставленный во главе Министерства образования и науки А. Фурсенко на практике разваливает значимые для страны направления научных изысканий.

Сегодняшний разговор призван помочь организации борьбы за спасение отечественной науки.

Б. КАШИН. Сегодня прозвучит мнение людей, которые непосредственно работают в науке, которые постоянно сталкиваются с современными проблемами даже не развития ее, а выживания. Этот разговор особенно важен потому, что готовится документ, который должен стать ориентиром и для власти, и для научного сообщества в их будущей деятельности. Однако у ученых и их профсоюзов есть много претензий к проекту стратегии развития в области науки и инноваций, которую разработало правительство.

Н. ГАРКУША. Правительство намерено принять свою концепцию до 1 марта. Кроме того, правительством одновременно будет утверждаться перечень приоритетных направлений науки. Это исключительно важная для ученых проблема. Такой документ узаконивается раз в 4 года. Предыдущий утверждался в 2002 году Государственным советом, Советом безопасности и президентом РФ. Предварительно эти вопросы будет рассматривать 15 февраля межведомственная комиссия.

С предыдущим перечнем научных приоритетов произошла, скажем мягко, странная история, которая хорошо показывает отношение нынешнего правительства к науке. Несмотря на позицию Государственного совета и Совета безопасности, несмотря на подпись президента, министерство несколько раз самоуправно пересматривало официально утвержденный перечень.

А. МИРОНОВ. В нашем объединении “За сохранение и развитие отечественного потенциала страны” — 22 тысячи членов профсоюза из различных научных учреждений и организаций. Поэтому мы владеем всей информацией, относящейся к положению науки в России.

Часто приходится слышать, что Путин — большой государственник, много делающий для страны. Но давайте посмотрим его действия, относящиеся к науке. Впервые при Путине был принят бюджет 2001 года. В нем доля расходов на гражданскую науку от расходов бюджета составила 1,85%.

Нынешний бюджет вроде бы солиднее, но доля расходов на гражданскую науку в нем составляет 1,73%. И это — несмотря на то, что тем же Путиным в 2002 году был подписан протокол, в котором предусматривалось, что на науку ежегодно будет выделяться не менее 4%.

Министр финансов Кудрин с самого начала отрицал необходимость относительного ряда цифр. Он лукаво ссылается только на абсолютные цифры. И несмотря на то, что академик Примаков настоял на необходимости относительного ряда цифр, на практике финансирование идет по Кудрину.

Если же расходы государства на науку соотносить с ВВП, то за всё время правления Путина никаких положительных подвижек не произошло. В первый год расходы на науку составляли 0,3% ВВП, и сейчас они остаются на том же уровне. Налицо стагнация в финансировании научных исследований и разработок.

Г. СЕМИН. Не без оснований несчастья науки объясняют прежде всего тем, что у государства на нее нет денег. К тому же науку по инерции рассматривают частенько частью культуры, а культуру считается позволительным финансировать по остаточному принципу.

Я назову несколько цифр, которые позволяют сориентироваться в той реальной ситуации, в которой находится наука. ВВП нашей страны, по официальным данным, составляет 24,38 триллиона рублей. Доходная часть бюджета составляет одну шестую ВВП. Между тем за рубежом принято считать, что невозможно содержать инфраструктуру государства, если расходная часть бюджета составляет менее трети ВВП. Выходит, Россия сегодня расходует вдвое меньше того, что положено на поддержание государства.

Теперь посмотрим финансирование науки. Для устойчивого развития государству, по расчетам международных экспертов, необходимо, чтобы на финансирование науки выделялось от 2 до 4% ВВП. Тогда наука будет конкурентоспособной в этом мире, а в этом государство должно быть заинтересовано. Мы знаем рекорды финансирования. В Китае оно достигает 4%, а в Индии — даже 10%. Не случайно рейтинг конкурентоспособности этих стран постоянно растет.

А что в России? В шкале рейтингов она занимает 35-е место. Интересная деталь: когда был объявлен размер финансирования российской науки, она сразу опустилась на 4—5 пунктов вниз. В результате в рейтинге конкурентоспособности место России оказалось между Угандой и Польшей. При таком финансовом положении науки такая северная страна, как наша, всерьез конкурентоспособной быть не может. Таким образом, государство закладывает основу для уничтожения... государства. Это трагедия для страны, для населяющего ее народа.

А те внесистемные, казалось бы, действия правительства нашей страны (я подчеркиваю: правительства нашей страны, а не нашего правительства; нашим оно становится тогда, когда совпадают его интересы и интересы народа) на самом деле носят очень системный характер.

В. ШУРЧАНОВ. Не просто системный, а даже сугубо целенаправленный.

Г. СЕМИН. Да. Я проводил исследования, в которых выяснял условия устойчивости системы. Система, находящаяся в центре графика, весьма устойчива. Иное дело — на краях. Сейчас нас гонят к 5-процентной централизации, а здесь устойчивость на порядки меньше, чем если система находится в центре. Так вот, это подталкивание в уязвимое, неустойчивое положение России — результат очень системных действий. А значит, и наше сопротивление должно быть не случайным, не размахиванием руками, а сугубо системным.

РАСПЫЛЕНИЕ ЦЕНТРОВ> Б. КАШИН. В структуре отечественной науки особое место занимают государственные научные центры (ГНЦ). ГНЦ — это наши знаменитые научно-исследовательские институты, которые реставрация капитализма лишила государственной заботы. Более того, государство фактически отказывается управлять ими. Вопрос существования ГНЦ сейчас становится приоритетным. Власть вроде бы уделяла им внимание. Администрация президента даже объявляла конкурс на разработку принципов реформирования ГНЦ. Но конкурс был отменен. У многих создается впечатление, что власть не знает, что делать с ГНЦ.

Н. ГАРКУША. Наша власть хорошо знает, что ей делать с государственными научными центрами. Курс на уничтожение ГНЦ начался с 2000 года. Делается это под видом реформирования. Власть теперь уже открыто заявляет, что для нас места в государственном секторе науки не находится. Из 58 ГНЦ планируется, по информации профсоюзов, оставить 5—6 так называемых — по западному образцу — национальных лабораторий. Остальные планируется акционировать с последующей их приватизацией.

Нашим ученым не понятно, почему надо ориентироваться на западные образцы. В России имеются собственные структуры прикладной науки, которые хорошо доказали свою эффективность даже в течение последних 12 лет. Вот пример. До 2005 года наши ГНЦ получали государственное финансирование в размере 1 миллиарда рублей. Осваивали же они при этом ежегодно до 19 миллиардов. Это дает убедительное основание говорить об их эффективности. К тому же не надо забывать, что продуктом работы ГНЦ являются новые разработки для всех отраслей промышленности.

Государственные научные центры — это большие объекты, исследовательские комплексы. Например, ЦАГИ, Обнинск, Протвино... Каждый раз — это громадная материальная база. И вот государство все эти центры поставило на грань выживания, правительство не беспокоит судьба даже уникальной материально-технической базы.

Мы категорически против акционирования ГНЦ. Уверена, что нашу позицию разделяют все здравомыслящие люди. Без ГНЦ невозможна реализация никакой инновационной политики, в том числе той, о которой трубит правительство. ГНЦ выполняют роль связующего звена между фундаментальной наукой и промышленностью.

Б. КАШИН. “Правда” недавно опубликовала острый материал о Российском научном центре “Курчатовский институт”. На нашем “круглом столе” его представляет Георгий Дмитриевич.

Г. МАНТЕЙФЕЛЬ. Я никогда не занимался глобальными проблемами науки. Я представляю здесь тех, кто озабочен судьбой Курчатовского института. Он сейчас используется в качестве полигона для апробации задуманных реформ над наукой. Мы ищем действенные преграды на пути разрушения всемирно известного института.

К руководству нашим российским научным центром пришли новые люди. Главный стимул их действий — материальный. Расчет делается на осуществление простой трехходовки. Первый ход — в Курчатовском институте проводится массовое сокращение сотрудников. Второй ход — освободившиеся помещения будут переданы одному-двум институтам физического профиля, расположенным в престижных районах Москвы. Третий ход — итоговый. По закону и Курчатовский институт, и институты, которые в него переселятся, потеряют все права на освободившиеся здания и землю, на которой они расположены. Остается выяснить, кому достанутся деньги.

Что касается настроений ученых, то пусть медленно, но они изменяются. К этому подталкивают сами “реформаторы”, настраивая людей против себя.

Б. КАШИН. Как в институте отреагировали на выступление “Правды”?

Г. МАНТЕЙФЕЛЬ. Оно сыграло полезную роль. Курчатовцы поняли, что есть люди, есть силы, которые о них заботятся.

Э. КОРЕНЕВ. Я работаю в крупном не только по нынешним меркам институте. Сейчас в нем — 3600 сотрудников. Правда, раньше было 12 тысяч. Сокращение научных исследований — а по приведенным этим двум цифрам оно очевидно — порождает в коллективе пессимизм, безверие. А ученым должен быть присущ энтузиазм. Раньше, когда государство уделяло космосу серьезное внимание, он был.

Теперь даже мы оказались обреченными заботиться о выживании. Наше существование в какой-то мере поддерживает Центр управления полетами. И немножко легче стало жить, когда перестали летать американские “шаттлы”, потому что у нас возрос объем гарантированно оплачиваемой работы. Вообще приходится ориентироваться на сотрудничество с европейскими и другими зарубежными космическими центрами, так как это дает хоть какие-то деньги, а значит, и выживание.

СКОРБЬ ПО НЕВЫРОСШЕЙ СМЕНЕ

Н. ГАРКУША. Помимо проблемы выживания, а может быть, потому, что единственной реальной проблемой для ГНЦ была проблема выживания, государственные научные центры сейчас серьезно обеспокоены еще рядом острых вопросов. Прежде всего это — кадры. К нам, как и в академическую науку, молодежь не идет, но, кроме самих ученых, этим никто не обеспокоен.

А. МИРОНОВ. На заседании коллегии Минобрнауки министр Фурсенко, обращаясь ко мне, утверждал: “В науке среди занятых в ней людей есть балласт, от которого надо избавляться. С этим-то вы согласны?” Я возразил: балласта нет. Но из-за созданного правительством положения в науке в ней действительно есть люди, которые вынуждены искать дополнительные заработки. Поэтому их вклад в науку ниже их возможностей. Но это вынужденная ситуация. Надо иметь в виду, что те, кто не хотел работать в сфере науки, из нее давно ушел. Поэтому тех, кого министр считает балластом, таковыми сегодня делает сама власть.

Э. КОРЕНЕВ. Однако даже небольшое увеличение объемов работ обнажило остроту кадровых проблем. Молодежь к нам приходит на 3—4 года. Во-первых, защитить диссертацию, а после этого уйти в коммерческие фирмы. И людей не будет до тех пор, пока наука, пока наша космонавтика не станут престижными. А для этого, среди прочего, надо решать и проблему жилья для ученых. У института теперь ничего не осталось от былой социальной сферы.

Р. ГАЗИЕВ. Наукой все чаще руководят непрофессионалы. Их называют менеджерами. Их профессионализм — делать деньги, а наукой они не интересуются. Вот и реформируют все сферы научной жизни. При советской системе во имя получения максимально высоких результатов в науке поощрялись плюрализм и соревновательность. Такая конкуренция приводила к тому, что появлялись открытия, за которые давалась Нобелевская премия. Сейчас никакой творческой конкуренции нет, а потому и творческого, научного новаторства ожидать не приходится.

Сегодня же правящие слои России выбрали путь экономики виртуальной, когда все основные деньги брошены на виртуальные финансовые рынки.

Д. РЫЖИКОВ. А где больше прибыль, туда и брошены. Беспощадно действует открытый Марксом основной закон капитализма.

Р. ГАЗИЕВ. Да. При этом приведу одну историческую параллель. Когда подобное в 50-е годы случилось в США, там молодежь тоже ушла из науки.

Д. РЫЖИКОВ. Не видя вокруг себя молодежи, наши ученые не верят, что в науке произойдут изменения к лучшему, пока остается нынешняя власть. Само требование рентабельности науки направлено на ее разрушение, это способ придать разгрому науки видимость какого-либо обоснования.

Г. СЕМИН. Содержание пса в государственном питомнике обходится в 1200—1300 рублей в месяц, содержание зека обходится от 63 до 68 рублей в день, то есть чуть больше 2000 рублей в месяц. Ставки, которые получают старшие лаборанты, младшие научные сотрудники, научные сотрудники и часть старших научных сотрудников, умещаются в этом диапазоне. Но собачке вольеры и питание предоставляются бесплатно, зек получает питание, одежду и свою “вольеру” тоже бесплатно, а научный сотрудник из своей зарплаты должен оплатить дорогу, жилищно-коммунальные услуги, свое питание, купить ботинки, наконец. А у него еще ведь может быть и семья.

В. ШУРЧАНОВ. На днях на заседании Секретариата ЦК при обсуждении челябинской трагедии были названы такие цифры. Солдат сейчас кормят в сутки на 63 рубля, уголовников — на 75 рублей. Выходит, ученому приходится выживать труднее, чем уголовнику.

КТО ЗАЖЖЕТ СВЕТ В ТОННЕЛЕ

Г. СЕМИН. Нынешняя власть хочет превратить наше государство в поставщика энергоресурсов, а нас — в обслугу. Поэтому министерством всё делается, чтобы у нас не было науки и было очень-очень среднее образование. Чтобы власти не мешали думающие, мыслящие люди.

Н. ГАРКУША. В 2004 году ГНЦ выиграли конкурс на выполнение определенных работ на два года. Министерство же заключает с ними договор на один год, однако все были уверены, что он обязательно будет продлен и на второй год, что будет переходящее финансирование. Из бюджета в 2004 году вкладывается 1 миллиард 121 миллион рублей. Но Фрадков подписывает постановление правительства, в результате которого контракт, выигранный по конкурсу, на 2005 год ни с кем не продлевается. В результате и усилия людей, и вложенные средства — а они были не только бюджетные, — всё ушло впустую, выброшено на ветер. Мы писали письма Фурсенко, Фрадкову, Путину — безрезультатно.

Я уже говорила об официальном перечне приоритетных направлений научных исследований. В 2005 году из него были выброшены производственные, авиационные, новые транспортные технологии. В результате пострадали прежде всего те ГНЦ, которые работают на обеспечение оборонной, психологической, продовольственной безопасности России. На 2006 год оставлено только 8 приоритетных направлений.

Б. КАШИН. Давайте искать реальные пути изменения ситуации.

Г. МАНТЕЙФЕЛЬ. Прежде всего надо попытаться использовать нынешнее право. В 1996 году Госдумой был принят закон о науке и технической политике. Он разрешал научно-исследовательским учреждениям сдавать часть помещений в аренду, а получаемые деньги позволялось расходовать на содержание оставшихся помещений. В том законе есть важная оговорка: сдача в аренду должна осуществляться по ценам, средним для данного региона, чтобы не было, как теперь говорят, отката. Выполнение норм этого закона явно затормозит нынешние планы развала Курчатовского института: оно не сулит денег организаторам задуманных “реформ”, а без перспективы получить деньги они стараться не будут.

А. МАЛЫГИН. При определении приоритетов научного развития необходимо учитывать специфику России. По меркам капитализма — как теперь его модно именовать: “открытое общество” — территория России неконкурентоспособна. Сравните хотя бы с Канадой: фактически пустая территория, 25 миллионов человек проживают только на юге страны, а по климату — это область нашего Северного Кавказа. 8 миллионов населения Швеции сконцентрированы на пятачке, который омывается теплым течением Гольфстрим. Капитал исходит из того, что в суровых северных условиях нет смысла развивать промышленность, хотя вслух об этом, конечно, не говорит.

“Открытому обществу” Россия необходима для решения узких конкретных проблем. Во-первых, как транспортная система с ее Транссибирской магистралью и пространством для авиации. Во-вторых, как источник сырья — нефти, газа, леса. Поэтому, как проговорилась Тэтчер, России, по мнению мирового капитала, достаточно 15—50 миллионов человек населения. Тут не до науки, она в этих планах начисто отсутствует. У нас на такой же позиции стоят грефы и кохи.

В советское время мы могли успешно развиваться, так как были надежно защищены границей и из страны не вывозили безвозвратно деньги. В силу природных условий мы жили хуже, чем на Западе, но социальная справедливость обеспечивала нам достойную жизнь, исключая при этом излишества и роскошь.

В условиях “открытого общества” и глобализации правила другие. Результатом их действия должно стать обезлюдение территории. Что мы можем таким действиям противопоставить?

Для начала замечу, что наша северная территория невыгодна при использовании западных технологий. А при наших? Ведь Россия веками входила в “открытый рынок”. Дело в том, что в России были свои технологии, которые учитывали ее суровый климат. Иногда они давали даже преимущества по сравнению с Западом.

По сегодняшним меркам те технологии, конечно, устарели, но подход необходимо иметь в виду. До XIX века важнейшую роль играл санный путь, который позволял пересекать всю территорию России в любом направлении. И это обеспечивало единство рынка. Вторая важная технология связана с сохранением продуктов в течение года. И здесь Россия имела преимущества перед Европой. Они были связаны с широким использованием соли, по производству которой наша страна опережала всех ближних и дальних соседей.

Значит, и на современном этапе России требуется развитие своих специфических технологий, которые способны давать нам преимущества при этом климате. На холоде можно даже энергетику сделать эффективной. То же касается химии. Примером исключительно успешной технологии стало производство динамита, которое именно благодаря нашему холоду принесло его изобретателю Нобелю колоссальные средства.

Для решения этих встающих перед Россией проблем требуется развитая наука. Значит, российская наука должна работать не на Запад, а быть национально ориентированной.

Б. КАШИН. Для этого государство должно финансировать науку. Тогда национальные особенности найдут отражение и в фундаментальных, и в прикладных исследованиях.

А. МИРОНОВ. Хочу обратиться к стратегии научных исследований, которая должна утверждаться на заседании Межведомственной комиссии 15 февраля. Первоначально на обсуждение предлагались два сценария развития — минимальный и оптимальный. Сейчас оптимальный вариант забыт и остается только кудринский — минимальный. Более того, в нем занижены многие параметры развития даже по сравнению с первым вариантом того же минимального сценария, который до сих пор висит на правительственном сайте в Интернете.

Когда профсоюзы ставят вопрос о финансировании, министры отвечают: “А за что вам (то есть ученым) платить? У вас есть дополнительные предложения, направленные на ускорение развития науки?” В том-то и дело, что есть.

Хотел бы еще обратить внимание на программу модернизации академического сектора науки. Она уже принята правительством и вступила в стадию внедрения. Там, в частности, записано, что уже в 2008 году ученые будут получать зарплату в 30 тысяч рублей, а работники сферы научного обслуживания — по 12 тысяч. Неделю назад во Фрязине, где я живу, подводились итоги работы Подмосковья. На них губернатор Громов сообщил, что он подписал трехстороннее соглашение, в соответствии с которым уже в 2006 году средняя зарплата в Московской области будет 15 тысяч рублей. Выходит, на ту морковку, которой власть намерена заманивать в сферу науки молодежь, просто никто не отреагирует. Иначе говоря, планируется сохранение нынешней ситуации, когда зарплата в науке — одна из самых низких.

Б. КАШИН. В последний год власть заметно изменила свою риторику. Она соглашается, что при Ельцине было всё не так, как надо, а вот сейчас начинаются кардинальные изменения, после которых всё будет хорошо. При этом замалчивается, каковы причины и истоки того, что было плохо. Однако главная тенденция остается без изменения — планируется дальнейший уход государства из сферы науки.

Наше движение в защиту науки разработало программу не только сохранения, но и повышения общественной и научной роли Российской академии наук. Мы считаем, что необходимы такие преобразования, чтобы не допустить развала сложившихся научных школ. Следует предусмотреть, чтобы преобразования были осуществлены согласованным образом на трех уровнях научной и научно-организационной сферы: во-первых, ученый, во-вторых, научно-исследовательский институт, в-третьих, руководящие органы академий и государственные органы, отвечающие за развитие науки.

Нынешний уровень оплаты труда ученых не имеет аналогов в мире и является национальным позором. Однако совершенно неправильно ограничивать необходимые изменения в положении ученых только повышением оплаты их труда. Опыт всех стран, независимо от их политического и экономического устройства, требует утверждения государственного статуса ученого высшей квалификации, предусматривающего гарантии его постоянной занятости и высокой оплаты труда, обеспечения его определенной независимости от администрации и учета его мнения при принятии кадровых решений в НИИ, принятия решений о пенсионном обеспечении ученых в размере не менее двух третей зарплаты, получаемой до ухода на пенсию.

Аттестация ученых должна быть скоординирована с работой ВАК и проводиться академией под государственным контролем. Нужно предусмотреть их обязательное участие в проводимой академией аттестационной работе.

Существующая структура государственных органов управления наукой не обеспечивает эффективного использования научного потенциала РАН и других научных учреждений. Налицо необходимость создания в структуре правительства органа, отвечающего за реализацию приоритетных проектов по созданию принципиально новых технологий. Он должен распоряжаться определенными бюджетными средствами и ставить задачи перед руководством РАН, а также взаимодействовать с соответствующими научно-исследовательскими институтами.

Записал

Виктор ТРУШКОВ.


18.02.06, anatol

Редакционная политика Управление сайтом
Новый сайт движения! >>>