Новый сайт движения! >>>
ДВИЖЕНИЕ ЗА ВОЗРОЖДЕНИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ НАУКИ
Начало ?????????? ????? ??????????? ???????? ???????????????? ??????? ???????? ??????? Контакты
12.09.07 ? ???????? ????? ????? ?? ????? ??????
10.09.07 ??????? ??????????. ?????????? ????????????
10.09.07 ???????? ????????. ??????????? ?????? ??????????? ?????????
10.09.07 ?. ???????. ?????? ??????? ???? ????????????? ?????????????
09.09.07 ?.?. ?????????, ?.?. ???????. ?????????? ???????? ????????????
09.09.07 ? ??????????? ???????????: «??????? ???????????...»
09.09.07 ?????? ??????? ???????. ????? ?????????? ?????????
08.09.07 ?.????????. ? ?????? ??????????? ?????? ?? 2020 ????
08.09.07 ????? ???????. ?????????? ? ??????-??????????? ?????? ???????????
08.09.07 ??????: ????????? «??????-????????»
07.09.07 ?????? ???????????. ??????????? ????????… ???.
07.09.07 ???????????? ??? ??????????: ????? ????? ?????????? ?????
07.09.07 ????????? ???? ??? ?????? ?? ????? ???? ????????? ?????? ?????????
06.09.07 ?????????? «?? ????????????? ???????? ? ?????? ? ?????? ?? ???? ??????»
06.09.07 ????????? ?????????? ???????????????? ??????????? ???????? «???» ? ?????????? ?? ?????? ??????? ? ??????? ??. ??? ?? ??? ?????
06.09.07 ????????? ????????? ??????? ???? ?? ?????
05.09.07 ?? ????? ??????? ? ??????????: ???????

Rambler's Top100

Наш сайт является участником Кольца Патриотических Ресурсов
Кольцо Патриотических Ресурсов

наш баннер
??????? ???????. ??????? ? ?????????? ???????????? ? ??????? ????????? ????????? ? ??????. ????? 4

Продолжение статьи доктора политических наук Г.Г. Пирогова. См. предыдущие части работы, опубликованные ранее на нашем сайте: Часть 1 , Часть 2 , Часть 3

____________________________________________________________________________

ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫЕ КОРПОРАЦИИ (ТНК)

ТНК являются не только техническим носителем глобализации, но и ее главной движущей силой. Под ТНК понимается обрастание «родительских компаний» многочисленными дочерними фирмами и филиалами в разных уголках мира . В 2000 г. в мире насчитывалось 63 тыс. ТНК со 690 тыс. иностранных филиалов. Только на 100 крупнейших ТНК приходилось 1/3 мирового экспорта ТНК осуществляют свою экспансию в основном через прямые инвестиции, создавая в принимающих странах либо новые предприятия, либо ставя под свой контроль существующие предприятия. В последнее время они все более предпочитают вторую тактику. Широко используются слияния крупных компаний однородного профиля.

Для проникновения в принимающие страны им нужны рыночные свободы, но в то же время возрастающее доля мировой торговли, осуществляемая в порядке внутрифирменного оборота, исключается из сферы действия рыночного механизма. Широко используемые трансфертные цены позволяют обходить ограничения принимающей страны на движение капиталов и использовать капиталы, создаваемые в одной стране для финансирования развития производства в других странах. «… механизмы трансфертного ценообразования становятся, с одной стороны, механизмами подрыва национальных рынков (так как часть продаж на них проводится между аффилированными структурами по нерыночным ценам), а с другой – стихийной и насильственной либерализации национальных экономик. … страны, вводящие более жесткие механизмы регулирования бизнеса, объективно становятся жертвами цен: они лишаются связанных с деятельностью ТНК финансовых потоков, недополучают налоги, теряют валютные резервы…», - пишет М. Делягин [8, 259].

С другой стороны трансфертные цены подрывают одно из основных допущений теории общего рыночного равновесия, а именно, что в цене содержится вся информация, необходимая участнику рынка для принятия решения. С ростом мощи ТНК и их рыночной доли теория общего рыночного равновесия, - базовый элемент теории глобализма и либерализации мировой экономики, - уходит в область красивых легенд.

Под контролем ТНК находятся, как правило, опутывающие современный мир сетевые системы, производственные и маркетинговые, но, прежде всего, системы жизнеобеспечения: транспортные (в т.ч. трубопроводный транспорт), электроэнергетические, городское хозяйство мегаполисов, информационные системы, связь. Там, где контроль все еще остается за государством, ТНК стремятся осуществлять приватизацию. Эти попытки, как правило, дают отрицательные результаты. Достаточно вспомнить Калифорнийский энергетический кризис, массовое отключение электроэнергии на северо-восточном побережье США и в Канаде, резкий рост аварийности английских железных дорог после их приватизации.

Экстраполируя современные тенденции, М. Кастеллс выдвигает концепцию «сетевого общества», в котором власть от национальных элит и государств переходит к глобальной финансовой и информационной элите, контролирующей мировые сетевые структуры. По мнению Н.Иванова «сетевое общество» является тупиком в развитии человечества, так как подобная концепция власти подрывает возможность саморегулирования и саморазвития общества [12, 59]. Более того, уход основных систем жизнеобеспечения из-под контроля национальных государств повышает их коммерческую эффективность за счет снижения надежности и соответственно увеличивают опасность технических катастроф, ущерб от которых многократно превышает выгоды повышения коммерческой эффективности.

АКТУАЛЬНЕЙШИЕ ПРОБЛЕМЫ МИРА В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

К ним я отнес бы: проблему потребления, демографическую проблему, проблему глобальной бедности и экологическую проблему. Вокруг них группируется еще множество других достаточно серьезных проблем, но их значимость для будущего человечества на порядок меньше.

ПРОБЛЕМА ПОТРЕБЛЕНИЯ

Как это ни парадоксально, эта проблема имеет первостепенное, и я бы даже сказал из ряда вон выходящее значение. В самых грубых чертах ее можно сформулировать так: миру в одинаковой степени угрожают две взаимосвязанных проблемы – ненасытное перепотребление одной пятой и чудовищное недопотребление его остальной части.

На рубеже XX-XXI вв. произошла кардинальная трансформация капитализма. Из капитализма созидательного накопления он превратился в капитализм расточительного потребления. Показателем может служить неуклонное снижение нормы сбережения в промышленно развитых странах. В США в настоящем время он колеблется где-то между 0 и 1 процентов. Эта страна уже полностью компенсирует минимально необходимый размер накоплений за счет внешних займов. Но самое существенное состоит в том, что эти займы в основном финансируют рост потребления. На внутреннем рынке им соответствует рост «иллюзорного богатства» - высокая прибыль от переоценки фондовых активов по рыночной стоимости (о фиктивном раздувании курсов акций уже говорилось выше) и рост долга американцев по потребительскому кредиту.

В 2001-2002 гг. в Сан-Франциско вышла книга трех американских авторов: Джона де Графа, Дэвида Ванна и Томаса Х. Нейлора – «Affluenza». The All-Consuming Epidemic. На русском языке она появилась в Москве под эпатажным названием «Потреблятство. Болезнь, угрожающая миру»* [6]. В ней впервые была реализована идея разобраться в этой тенденции, зародившейся в США, но быстро перерастающей в глобальную.

Суть дела в том, что американский (а вслед за ним западный, и не только западный) обыватель все больше замещает сложные компоненты смысла жизни приобретением вещей. Соединенные Штаты покрылись сетью гигантских супермаркетов, посещения которых становятся любимым времяпрепровождением американцев и даже центром американского стиля жизни. Рядовой американец давно уже потерял свой суверенитет потребителя, воспетый в классических учебниках экономики. Оглушенный и ослепленный рекламой, ошарашенный изобилием разнообразных вещей, обольщенный потребительскими кредитами и ростом курсов акций его портфеля (по которому несколько ударил охлаждающий ливень биржевого спада 2000-2001 г.), обыватель покупает разнообразные новинки современного технического прогресса без учета того, насколько они функциональнее того, что у него уже имеется и того, как они вписываются в быт. Старые, но вполне функционально пригодные вещи, безжалостно выбрасываться или помещаются на склад. Гаражи американцев среднего класса забиты ненужными (но еще пригодными к употреблению вещами) от которых они стремятся избавиться. Широкое распространение получила так называемая гаражная торговля. Одновременно растут свалки бытового мусора и бытовой техники. Количество потребляемого сырья и образующихся отходов растет с ростом выпуска товарных новинок.

Для того, чтобы оплатить весь этот вал потребления люди вынуждены больше работать. Уже сейчас в большинстве семей работают оба супруга. Все меньше времени остается у родителей для общения с детьми, которые все больше отдаются во власть телевидения и компьютерных игр, где на них тоже обрушивается явный или замаскированный поток рекламы. С детства люди приучаются к мысли, что жизнь состоит в том, чтобы больше зарабатывать денег и немедленно обращать их в вещи.

Рвется социальная ткань страны, разрушается капитал человеческих взаимосвязей. Нет времени для общения с детьми и даже супругов между собой, участия в общественных организациях, составляющих элементы так называемого гражданского общества, даже для простого общения с соседями и друзьями. Человек становится одномерным, превращаясь в машину для зарабатывания и траты денег. Технический прогресс предоставляет людям все более изощренные формы потребительства, процесс которого не имеет видимых средств и границ. Тогда как раньше возможные пределы даже самого роскошного и расточительного потребления были ограничены естественными возможностями производства.

Создается впечатление, что все это изобилие создается как бы из ничего, только за счет повышения уровня знаний (отсюда идея «общества знаний»). Действительно, на первом этапе новой волны экономической революции экономия труда шла в ногу с экономией капитала и ресурсов. Но практика сегодняшнего изобилия вышла за эти рамки, и оно питается тем, что наносит непоправимый ущерб настоящему и будущему населению Земли.

Расходуются ресурсы будущих поколений, уничтожаются уникальные пейзажи, меняется лик Земли, где отдельные «уголки рая» вписываются в ад нищеты и трущоб индустриальной пустыни. Беспощадно эксплуатируются развивающиеся страны: во-первых, за счет дешевой рабочей силы, во-вторых, за счет огромной недоплаты сырьевых ресурсов. Загнанные в тиски сырьевой модели страны подрывают свою экономику и свое будущее развитие. Если бы эти факторы учитывались, цены ресурсов на мировом рынке были бы намного выше. В-третьих, за счет сброса в развивающиеся страны наиболее вредного производства и вредных отходов. В-четвертых, усиления финансовой эксплуатации, о которой говорилось уже выше. И, наконец, за счет использования дешевого труда гастербайтеров-иммигрантов из бедных стран. Сюда же нужно добавить и «утечку мозгов» (потери от которой даже для одной России уже составили более сотни миллиардов долларов). [По распространенной оценке других экспертов эти потери оцениваются в 600-800 млрд. долларов.- ред. сайта.]

Внутренними источником финансирования этого «потреблятства» является разрушение систем социальных гарантий и общественной инфраструктуры. Так, с 1950-х годов не обновлялись энергопередачи на северо-запада США, длительное время не ремонтировались дамбы Луизианы. Все это выявляется в ходе техногенных катастроф и природных бедствий.

Еще больший урон наносится нравственному и психическому состоянию человека, вступающего в гонку потребления. В нем укрепляется индивидуализм и одновременно чувство депрессии и внутренней пустоты, глубокого одиночества среди этого мира красочных технических игрушек.

Американская модель «потреблятства» составляет существо современного капитализма – рост потребления обеспечивает как рост числа рабочих мест, так и прибылей. При этом значительная часть новых потребностей не связана с жизнеобеспечением или духовным совершенствование нынешнего человека, а на материальную и духовную базу будущих поколений они оказывают прямо-таки разрушительное воздействие.

Но, наверное, хуже всего, что это «потреблятство» расползается по всему миру вместе с американской экономической моделью. Страны среднего и бедного уровня достатка не могут себе позволить массовое «потреблятство». В них оно касается, прежде всего, элит, берущих за образец американцев, и не рядового обывателя, а американскую элиту. У этих элит единственный путь достигнуть такого уровня – разграбление собственной страны. Элита становится богаче потому, что разрушаются основы жизни подавляющего большинства населения – и это можно хорошо проследить на примере России.

Поэтому глобальное богатство и глобальная бедность тесно связаны, одно не существует без другого. Как указывал еще Гуннар Мюрдаль, нельзя добиться решения проблемы бедности, не ограничив потребления богатых [21]. И совершенно очевидно, что нельзя даже гипотетически поднять уровень потребления бедных стран до уровня богатых – в первую очередь потому, что мир задохнется под грудами отходов. Конфуций говорил, что стыдно быть бедным в богатой стране и богатым в стране бедствующей.* Перефразируя мудреца можно сказать, что стыдно (и опасно, добавил бы я) быть островками расточительного потребления в бедствующем мире. Но к странам «золотого миллиарда» это, по-видимому, не относится, так же как и подражающей американскому образу жизни элите развивающихся стран.

В заключение подчеркнем, что речь идет вовсе не о том, как это часто говорят сторонники рынка, чтобы «все отобрать и поделить». История знает один частный случай такого дележа: это чековая приватизация в России по Чубайсу. Действительно, отобрали всю собственность у народа (которая у государства была только в доверительном управлении) и поделили между узким кругом «достойных» лиц. Теперь речь идет о гораздо более сложном – нужно изменить парадигму потребления и самого развития, изменив структуру и объемы как производства, так и потребления, а также распределение ресурсов между развитым и развивающимся мирами.

ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА

Демографическая проблема не является порождением глобализации, по крайней мере, нынешней глобализации. Но глобализация придает ей особый оттенок и заостряет некоторые стороны. Проблема как таковая лежит на стыке двух отчасти взаимосвязанных тенденций. Прежде всего, это общий рост населения планеты – как следствие научно-технического прогресса, в первую очередь, в области медицины и производства продуктов питания. Но также и благодаря появлению новых возможностей занятости, тоже как следствие научно-технического прогресса. Этот процесс грозит серьезными опасностями для планеты. Предполагается, что к 2050 г. землян будет порядка 9-10 млрд. чел. Дальнейший рост хотя, может быть, и с некоторым замедлением, но тем не менее, с достаточно высокой скоростью, может поставит планету перед лицом катастрофы: экологической, ресурсной, климатической и др.

Вторым аспектом глобальной демографической проблемы является миграция. Волны переселения народов прокатывались по планете на протяжении всей известной нам истории. Н. Римашевская [28, 259] не без оснований, считает, «что истоки глобализации берут свое начало в миграциях населения, в том числе связанного с ростом его численности и освоением новых территорий» (Обычно, с истребление коренного населения). Но современная миграция предполагает более простую модель и проистекает из проблемы потребления. В богатых обществах имеет место сверхпотребление, которое обуславливает недопотребление в бедных обществах. Глобализация легально и нелегально снимает барьеры на пути миграции. И наиболее активный человеческий материал устремляется в богатые страны не столько в надежде, что ему что-то перепадет от сверхпотребления богатых, сколько в надежде, что можно будет избавиться от ужасающего недопотребления у себя на родине.

С другой стороны, процесс миграции из развивающихся стран в развитые является скорее не аналогией переселения европейцев из Старого Света в Новый, а работорговли – «золотой миллиард» ввозит дешевую рабочую силу в основном для выполнения грязных и тяжелых работ, но также и работ более сложных, например, работы в науке и здравоохранении тогда, как коренное население стремится перейти на более престижную и высокооплачиваемую работу (финансы, госслужба, недвижимость и т.п.).

И еще один момент – большинство стран «золотого миллиарда» активно сбрасывают материальные и моральные издержки по воспроизводству рабочей силы на развивающиеся страны. Неслучайно в странах «золотого миллиарда» прирост коренного населения очень низок, а иногда и близок к нулю. Главным фактором современной демографической тенденции в западном мире является потребление – в обществе потребления вещи все больше вытесняют людей. Переход потребления в «потреблятство» идет в ногу с формированием крайне индивидуалистического и гедонистического общества.

Этот вопрос был поставлен еще Эрихом Фроммом в книге «Быть или иметь» [33], где он поставил проблему – что находится в центре человеческой жизни: модус «жить» или модус «иметь»? Поставив в центр жизни модус «иметь» человек теряет способность различать людей и вещи. Те и другие для него просто объекты. Вещь становится объектом, в котором отражается и самоутверждается индивидуум, следующий принципу удовольствия. Вещь в этом отношении превосходит человека – она не имеет причиняющей неудовольствие индивидуальности и находится в полной зависимости от своего владельца. Она компенсирует его недостатки, обладание ею повышает его самоценность. Неслучайно модус «иметь» осуществляется в череде повторений, однообразие которых маскируется кажущейся новизной: новая женщина, новая машина, новая зубная паста, новые прокладки, совершенно новый сверхустойчивый вкус жевательной резинки*…

И разрушается институт семьи, создаются временные сожительства, быстро распространяются и усиленно пропагандируются однополые браки, в некоторых странах они признаются официально, и однополые пары венчаются в церкви. Так что вопрос о преемственности поколений может стоять разве что у элиты, ну а обычная рабочая силы (даже и высокоинтеллектуальная и высококвалифицированная) может быть импортирована из менее продвинутых стран.

В краткосрочной перспективе процесс миграции из развивающихся стран сулит странам «золотого миллиарда» немалые экономические выгоды, к которым можно еще добавить и возможность давления на собственную рабочую силу.

Но при этом разрушается то, что Н. Римашевская [28, 290] называет социальным капиталом, т.е. «плотность взаимосвязей между индивидуумами, группами индивидуумов в обществе, оцениваемая с точки зрения доверия, честности и согласованности».

Размываются средний класс стран «золотого миллиарда» и одномодальное распределение семей по доходу и собственности, возникает тенденция вытеснения одномодального распределения бимодальным, где средний класс достаточно мал или совсем отсутствует, а распределение принимает вид двух горбов, где слева сосредотачивается огромная масса малоимущего населения, а справа – небольшая кучка сверхбогатых, на которых приходится основная часть дохода и почти вся собственность с более или менее глубоким провалом между ними.

Параллельно идет формирование космополитической глобальной элиты и противостоящей ей основной массы населения.

Естественно, что правый горб задает стили, структуру потребления наряду с ценами на потребительские товары, подталкивая инфляцию путем конкуренции «большого кошелька» на рынках потребительных товаров. В ответ начинает расти теневой сектор внутри стран «золотого миллиарда», опирающийся на дешевую и, в основном, нелегальную рабочую силу иммигрантов а также возникает волна дешевого импорта из новых индустриальных стран, таких как Китай, Ю. Корея, Индия, азиатские тигры. Конфликты интересов различных экономических и этнических групп усиливаются.

Среди большинства демографов господствует концепция демографического перехода. Согласно этой концепции демографическое воспроизводство коррелирует с индексом развития человеческого капитала (ИРЧП), который в свою очередь коррелирует с уровнем развития страны*, при достаточно высоком ИРЧП можно наблюдать признаки демографического перехода. Демографический переход заключается в том, что по мере повышения ИРЧП (а он наиболее высок в так называемом первом мире – странах современной западной цивилизации) страны переходят на новый режим воспроизводства населения с низкой рождаемостью и падающей смертностью, где имеет место либо нулевой, либо близкий к нему рост населения.

Ко второму относятся новые индустриальные страны, в том числе Китай, Индия, бывшие республики СССР; оно по уровню развития ниже высокоразвитых, но выше слаборазвитых стран третьего мира. Они находятся в острой фазе демографического перехода. Для них характерны высокие темпы демографического роста и традиционные модели демографического развития.

Третий мир – это страны, лишь начинающие входить в фазу демографического перехода. Они сохраняют сравнительно высокие темпы демографического роста при крайне низком уровне экономического развития.

Исходя из идеи демографической революции и демографического перехода, рост мирового населения должен прекратиться к концу XXI века, достигнув максимума примерно в 9 млрд. чел. При этом прогнозируется значительное старение населения (см. Модель С.Капицы, Лутца и Щербова, экспертные оценки ООН).

При солидной статистической базе и основательной теоретической приработке концепция демографического перехода имеет ряд очевидных слабых мест:

1. Согласно этой концепции явным или неявным образом получается, что одним из главных препятствий на пути развития стран третьего мира является высокий рост населения, при сохранении которого их ждет «пауперизация, люмпенизация и маргинализация» населения. Между тем есть выдающиеся примеры сочетания высоких потоков роста населения с высокими темпами экономического развития. К их числу относятся Китай и Индия. Опыт послевоенной Японии (периода быстрых темпов экономического роста) показывает, что есть модели, позволяющие использовать высокий темп роста населения для ускорения экономического развития. В Японии это была модель «двойственной экономики», позволившая полностью задействовать многочисленную рабочую силу на малых и средних предприятиях, с успехом сочетая это с развитием новейших технологий на крупных предприятиях.

Значит, проблема развития заключается не столько в темпах роста населения, а в распределении мировых ресурсов, мирового богатства и мирового потребления. Постоянно недоедающее население с подорванным здоровьем не может стать движущей силой мирового развития. Откачка лучшей части населения и в особенности «мозгов» является более важным препятствием на пути развития, чем перенаселение. Существеннейшее значение имеет возможность пересадки новейшей технологии на отечественную почву, для чего нужна подпитка («удержание») образованных кадров, способных это осуществить.

Следовательно, сильная социально-экономическая и научно-техническая политика способна вывести даже страны с очень быстрым темпом роста населения на принципиальную траекторию роста.

2. Пример России показывает, что возможно, как падение производства в условиях резкого сокращения рождаемости (к тому же сопровождаемого ростом смертности, причем мужчин в самом трудоспособном возрасте), так и отрицательный рост коренного населения в условиях быстрого темпа экономического роста. Ситуация в России нуждается в тщательном и всестороннем анализе, но даже то, что мы знаем сейчас, заставляет предположить, что демографическая реальность не полностью укладываться в современные демографические модели. Очевидно, что необходим учет традиций, специфики и геополитического положения каждой страны. В особенности, это относится к России, ибо есть достаточно любителей и у нас, и за рубежом объяснять убыль коренного населения России с позиций концепции «демографического перехода». Бытуют также и предложения восполнить эту убыль массовой миграцией из заграницы. На самом же деле демографическая проблема в России призвана стать объектом первого приоритета и сложной комплексной социально-экономической политики.

Часть 5


30.07.06, anatol

Редакционная политика Управление сайтом
Новый сайт движения! >>>